Но тут не простую буханку хлеба зарезали и жестоко расчленили… тут богу в зрачок заточку воткнули!
Накрывшая нас мертвенная тишина длилась около секунды. Может чуть больше. А затем океан взорвался множеством всплесков, в воздух выпрыгивала знакомые гротескные бронированные фигуры извивающиеся в диком пароксизме боли. Щелкали их клешни, сжимались руки, дикие крики рвали уши.
Крабберы уже потеряли бога. А теперь сумасшедший эльф зарезал и последнюю их божественную частичку… Этой несчастной расе вновь пришлось пережить кошмар потери.
Они пошли с нашими врагами в надежде отомстить и в надежде вернуть Око. Что ж… им осталась только месть.
Получившее такую обильную жертву «древо» резко увеличилось в диаметре и высоте. Мне в плечо ткнулась шершавая и льдистая кора, я едва не сбился с ритма. Мои глаза были прикованы к небрежно отброшенному под дерево оку Диграция – оно выплевывало из себя сгустки энергии что тут же поглощались древом.
Получающий от нас подпитку нетопырь увечился вдвое, от его массы терзаемые когтями и клыками флагман Архов сильно просел, начал черпать воду. Мечущиеся по палубе игроки пытались сделать хоть что-то с осаждающим их монстром, но тот плевать хотел на их усилия – он бессмертен до тех пор, пока стоит древо и длится великий хоровод духов…. Светящиеся паруса превратились в рваные тряпки. Борта избороздили глубокие трещины. Редкие залпы Королевы с жестокой мстительностью били по вражескому флагману.
Мы устроили посреди багрового океана самый настоящий праздник Мертвых.
Аньрулл у нас за Барона Субботу.
Снесс – приглашенная знаменитость со связями в аду."
"А Орбит… частичка всепожирающего хаоса ненавидящая скуку.
- Всегда мечтал оторваться на похоронах! – вопил во все горло Шепот, дрыгающийся, пожалуй, лучше всех и делающий это со всем удовольствием.
Мы продолжали танцевать….
Так не может продолжаться долго. Но Архи и их союзники надолго запомнят этот день. С громким треском на «Величии» упало сразу три мачты, ликующе взвыла летучая мышь, ударом лапы пробившая борт и всунувшая когти во внутренние отсеки. Орешек треснул.