— Я же понимаю к чему вы ведете, ваше высочество. Мы делали ужасные вещи…
— Возможно настала пора к ним присмотреться и выбрать наиболее эффективные методы. — ответил я, от чего на лице врача отобразилось немалое удивление. — Что-то не так, доктор?
— Кхм… прошу прощения, ваше высочество, но вас некоторые буквально спустившимся с небес ангелом считают. — прокашлявшись сказал врач. — Нимб над головой, сияющие крылья и всё такое.
— Если я и ангел, то точно не купидон. — усмехнулся я в ответ. — А вам бы подучить писание, вспомнив о Михаиле, Авадоне и Азраиле.
— Да уж. — потянув пальцем ворот проговорил врач. — Вы несомненно правы, ваше высочество, в ближайшие дня я предоставлю вам краткий отчет.
— Лучше соберите глоссарий по полному, думаю в исследованиях моей матери могут крыться ответы на многие животрепещущие вопросы. — заметил я. — Может мы даже приблизимся к исцелению искаженных.
Доктор тут же кивнул, а сопровождавший меня Василий сделал заметку в своем ежедневнике. Карьера у бывшего наставника и денщика давно пошла в гору, но вряд ли он даже надеялся, что когда-нибудь станет личным секретарем будущего императора. Впрочем, меня его надежды особенно не заботили, мне просто нужен был надёжный человек, который записывает, делает пометки и дергает тех людей, которым я дал не самые важные задания. Мастер на все руки.
К Екатерине же меня привело не любопытство и естественно не сыновья любовь, и беспокойство за её физическое состояние.
Я сам с трудом управлял конструктами без сторонней помощи резонатора. Да, у меня это получалось, иногда даже неплохо, но глупо было рассчитывать, что подобные успехи повторит кто-то без должной подготовки.
А значит нам нужен был рабочий механизм инициации камней. По крайней мере на следующие лет пять. Где его взять? Первая мысль — выпытать всё что об этом процессе знала Екатерина — но в следствии необратимого повреждения мозга об этом можно было забыть.