Макса спасла стальная хватка механоида, а вот Филарет, бывший без сознания, рухнул, и сейчас лежал на смотровом стекле с той стороны.
Но самое отвратительное — под дирижаблем всё еще оставалось несколько километров, под которыми виднелось живое море. Мы же застряли в его секторном диссонансном щите. И медленно проваливались внутрь.
Глава 20
— Блин-блин-блин! — не сдержавшись ругался я, глядя на то, как гигантское неживое море из плоти подняло к нам свои щупальца. Собрать экспедицию? Прорваться к центру? Наивный чукотский юноша.
Пока я пытался сообразить, что делать, и цеплялся за обшивку, диссонансное поле вконец ослабло и пропустило нас внутрь. Дирижабль, лишившийся половины своего воздушного шара, рухнул, носом вниз только для того, чтобы через сотню метров нас вновь встретил щит. А затем ещё и ещё один.
И чем ближе к земле мы были, тем отчетливей становилось понимание что щупальца монстра возвышаются над живым морем на добрых пятьдесят метров.
— Это плохо… очень плохо. — пробормотал я, видя, как несколько щупалец свиваются воедино, превращаясь в жуткую башню с основанием в несколько сотен метров. И эта башня будто впитывала плоть вокруг себя, становясь все толще и длинней, да только море от этого почти не мелело.
Сражаться с этим при помощи гранатомета? Глупее идеи было сложно придумать, так что от неё я сразу отказался.
Дождавшись пока дирижабль в очередной раз рухнет на щит, кажется, последний, я, быстро перебирая руками, добрался до обломков грузового отсека и выдернул один из нейтрализаторов, изобретенных Красновым и змеем. А может вспомненных, или подсмотренных у общества, сейчас это было абсолютно не важно.
— Ну, не подведи. — пробормотал я, и когда дирижабль прошел и сквозь этот щит прыгнул вперед, оттолкнувшись от гондолы. Расчет оказался верен, нетерпеливая тварь дернулась к первой же добыче и попыталась ухватить меня кончиком щупальца. А вместо этого схватила раскаленный кусок металла, и даже не заметив вспыхнувшего пламени утащила его куда-то вглубь себя.