Механойд вскинул манипуляторы с клинками, развернулся, принимая удары на лезвия, и попробовал выстрелить в упор, но я уже сместился, уводя из его поля зрения Тарана.
Очередной снаряд из автопушки прошел через поредевшую защиту, ударил твари в плечо, выбив поток карбона или пластика, я слабо соображал из чего эта тварь состоит. Но главное — левая рука почти лишилась плеча и повисла, не представляя угрозы. Осталось всего пять рабочих конечностей.
Он кричал, разевал рот, но мне было не до того, чтобы лечить потерянный слух.
В тот же миг я создал волну пламени, выжигающую всё вокруг, освобождая из плена Тарана и Рублева. Вернувший себе полный контроль над телом, конструктами и броней бурят бросился вперед. Механойд, прыгнул к центру комнаты, и в последнюю секунду буквально провалился сквозь землю.
— Люк! — крикнул я, подбежав к месту, где исчез противник. — Не слышу, уши повреждены.
Дважды повторять Тарану было не нужно, и сформировав жесткое объемное поле мы ударили. Пожалуй, не будь у нас месяцев практики на Рубеже, когда мы отдавали все свои силы вгрызаясь в гранит и выворачивая из земли многие миллионы тонн земли, достать врага бы не вышло, но сейчас бронебетон стал лишь минутной заминкой.
Под почти метром мелкого спрессованного камня обнаружились металлические конструкции, уходящие куда-то в глубину. Я выругался, поминая всех предприимчивых и жадных идиотов недобрым словом, но начал пробиваться дальше, почти сразу наткнувшись на решетку из проводящего металла.
— Взрывай. — скомандовал я, отойдя на пару шагов, и Таран вставший возле дыры направил пушку стволом вниз и обрушил на укрепления длинную очередь, искры и всполохи огня разлетались во все стороны, и даже сквозь пелену писка от контузии в ушах я расслышал грохот и звон."
"С мыслью что нужен доспех, иначе эту дрянь прикончить будет проблематично, я прошел мимо продолжавшего корчится на полу Рублева, схватил его за шиворот и еще раз пройдя по фигуре пламенем, выжигая оставшихся насекомых, выкинул его из охотничьего домика.
От зеленеющей полянки не осталось и следа, выжженное огнеметами и конструктами пепелище было украшено искореженными фигурами механических монстров. То, что казалось катером, таковым было лишь внешне.