— Не стоит извиняться, — вздохнул я. — Забыли. Пойдем?
— Пойдем, — и она буквально вцепилась мне в руку, не отказав себе в удовольствии прокомментировать этот свой жест мстительным тоном: — И не вздумай вырываться, пусть твоя Соня не думает, что будет так просто!
Я же опять вздохнул — что творится в голове у этих женщин?..
Мое появление со Стефанией под ручку у компании нашей молодежи ожидаемого француженкой эффекта не вызвало — Соня только улыбнулась, а все остальные были заняты организацией завтрашнего досуга.
Коля, Саша и я в обсуждении завтрашнего досуга участия не принимали — у старших родичей, как выяснилось ранее, на нас опять были свои планы, молодежь же, в конце концов, решила, что определяться будут завтра во время обеда, а сегодня можно сходить в Джимис — опера и балет молодых людей изрядно утомили.
Лично меня с какого-то момента стало одолевать чувство голода — толком не пообедал, ужина и вовсе не было, а сил потратил предостаточно — и решил «заморить червячка» представленными закусками, для чего извинился и направился к фуршетным столам, стоящим у окон зала, примыкающего к театральному буфету. «Путешествие» оказалось не из легких — по пути пришлось постоянно кивать замершим в поклонах европейским аристо, а канапешки в тарелку набирать и вовсе под взглядами двух десятков глаз, следящих за каждым моим движением.
— Дамы! Господа! — улыбался я направо и налево. — Молодые люди! Мое почтение!
«Прорвавшись» обратно, хмыкнул про себя — есть все-таки свои прелести в титуле принца! А уж когда принцев и принцесс в одном месте сконцентрировано достаточное количество, на некотором расстоянии от них формируется невидимая граница, пересекать которую очень нежелательно — не дай бог отвлечь особ королевских кровей от решения важнейших международных проблем! Вот и остается менее родовитым дворянам и их молодым отпрыскам с огромным интересом допущенных наблюдать со стороны за жизнью представителей родов, реально управляющих миром.
С Соней до окончания этой театральной афтерпати успел перекинуться лишь парой слов, договорившись пообщаться в Джимис, а уже на выходе из театра меня догнал Сашка Петров:
— Лешка, хочу тебе кое-что показать, — шептал мне друг.