Разжилась я так же яркими атласными лентами разных расцветок, новыми отрезами ткани на платья и рубахи, меховыми шкурками, кружевами и даже рулоном войлока. Происхождение последнего мне вообще было непонятно. Получила новую пару красивых и удобных сапожек на весну и самых настоящих лаптей из лыка.
«Где его только надрали? Баба Нюся сама говорила, что с лыком в этих местах проблематично», - крутила в руках самую необычную обувь из той, что мне приходилось видеть в своей жизни.
Мужчины не стали дальше засиживаться и отправились по своим делам.
- Пойдём, Марья, помогу тебе подарки в избу снести и побегу своих пациентов проверить, - предложил Михаил Парамонович. - Придётся тебе ещё пару дней одной похозяйничать, - помог собрать всё в большой короб, который предоставил Борис Прокопьевич для даров. - Иван Федорович сказал, что ты учиться хочешь.
Пожала плечами, так как сама пока не знаю, чему мне именно хочется научиться на самом деле. Выбора у меня пока особого нет. Было бы проще, если бы я могла учиться в специализированной школе, но возраст у меня нынешней ещё мал, да и до ближайшего учебного заведения для девочек слишком далеко. Пока моя задумка неосуществима.
«Кто его знает, как дальше моя жизнь сложиться? Буду учиться всему, что предложат.
Пару дней сидела почти безвылазно, бегала лишь в уборную по большой нужде. Вечерами сама печь протапливала, чтобы не обременять лишний раз дежурного солдатика и обходилась кашей гречневой и пирогами, что передавал повар. Водой и дровами меня снабжали исправно. Свечей в плошках натопила сама ещё в начале осени, когда день стал заметно короче.
Прохор совсем пропал и не показывался, но его вполне возможно могли загрузить работой. С приходом обоза у всех дел добавилось. Это я была предоставлена сама себе.