Дело в том, ребята, что после такой плюхи, которую неожиданно отхватили немцы, вскоре здесь всё изменится, и мало нам не покажется. Считайте, что до этого момента у вас была воля, а теперь придётся вправду выживать, ожидая какой-нибудь пакости из-под каждого куста. В общем, очень скоро придёт время, когда на территориях, занятых немцами, подразделениям, насчитывающим больше сотни человек, будет очень непросто выжить.
Почему до сотни? Потому что именно такие отряды смогут просочиться там, где более крупные подразделения обязательно засветятся.
Говоря проще, нам сейчас в срочном порядке придётся дробить подразделения на небольшие отряды и отправлять их, обеспечивая всем необходимым, в разные районы республики, предварительно нарезав для них задачи, которые им нужно будет выполнять.
— А как же техника? — Тут же уточнил хозяйственный Якимов. На что я с ехидцей ответил: — А технику, пока тут неразбериха, надо отправлять в сторону Пинска. Все равно нам скоро придётся уходить к своим, поэтому будет замечательно, если мы сделаем это полнокровным подразделением, укомплектованным людьми, вооружением и техникой.
Лучше бы я не заикался об этой гребанной связи. Как только в Москве узнали, что я выжил, так сразу пришёл однозначный приказ — подготовить площадку, пригодную для приема самолета. И сразу, как врачи дадут добро на транспортировку, без промедления отправить меня в эту самую Москву. Я только скривился, читая эту радиограмму. Опять мне рушат все начавшие прорисовываться в голове планы.
Глава 11
Неделю мне пришлось ещё поваляться подобно бревну, пока мне не разрешили даже не вставать, а просто садиться на импровизированной постели. Понятно, что немец-врач страховался и малость переборщил с опекой, но мне это только на руку. Не очень я торопился лететь в Москву, тем более что здесь дел было до фига и больше.
Разрабатываю план операции по уничтожению аэродромов противника, решили попробовать убить при этом несколько зайцев одновременно.