Я не сомневалась, что именно он заметил наши неосторожные объятия с Феликсом и донес о нас руководству.
Настоящий рабочий день всегда начинался с того, что нас отцепляли в нашей рабочей комнате. Как только это произошло, Феликс тут же кинулся ко мне, но опасался коснуться моих кровоточащих плеч, поэтому просто посадил меня на один из стульев. Кочевник выдал нам тряпки с медицинским раствором, и Пепел передал их королю, который начал аккуратно промакивать мои плечи и колени, вытирая кровь. Надеюсь, у меня не начнется заражение, сомневаюсь, что гвозди в изоляторе очищают перед каждой новой жертвой.
— За работу! Она и сама может позаботиться о себе, — громко приказывал Хелио, но Феликс даже не обратил на это внимания.
Закончив с моими плечами, король начал массировать мои ноги, вызвав у меня громкий стон боли — из моих глаз почти брызнули слезы. Немного отойдя от боли и установив зрительный контакт с Феликсом, я как бы спрашивала: ""Все готово на завтра?"" Он кивнул мне в ответ.
Завтра.
Мы либо будем свободны, либо раскроем себя, и, скорее всего, отправимся в комнаты, наподобие тех, где держали принца Ланселя.
А может и вовсе потеряем жизнь.
— За работу! — Хелио подошёл к нам и схватил Феликса за плечо, но король, вместо этого, встал и кулаком резко ударил мужчину в живот, от чего талассец отлетел на несколько метров.
Согнувшись от боли, Хелио некоторое время не мог подняться. Но Феликс не стал ждать. Он схватил талассца за шею, прижал к стене, так что тот едва мог дышать, и вновь ударил его в живот.
— Я никогда не ненавидел человека настолько, насколько я сейчас ненавижу тебя. И никогда не был так близко к убийству. Да, мы не являемся братом и сестрой, и что? Это было поводом выдавать им эту девушку? Чтобы ее пытали? Ты этого добивался?!
Хелио побледнел, пытаясь освободиться. Кочевников, готовых помочь ему, не было, а команда давно не поддерживала его.
— А всё ради чего? Чтобы вернуть власть над этими людьми? Зачем? Чтобы сделать их жизнь более жалкой? Мы ведь уже почти месяц являемся лучшей командой, ты был не способен добиться таких результатов.
Чем больше Феликс выговаривал Хелио, тем больше презрения читалось на лицах в нашей команде.
— А ведь у тебя есть семья там, в империи.