"
"— Человек, который умер в смотровой башне, был тем, кто контролировал наши ошейники. Я хочу, чтобы вы все это знали. Ни один из ошейников сейчас не может быть активирован. Ошейник не может причинить вам вреда, — продолжал Феликс.
Его голос звучал ясно и громко, но среди толпы все еще царила растерянность. Кочевники, не решаясь напасть на Феликса и его защитников, замерли в недоумении, надеясь, что кто-то в башне сможет активировать ошейники. Ведь Феликс был хранителем, да ещё и королём, к нему применялись совсем другие меры, и его нельзя было убивать.
Но ничего не происходило. В башне была только я, и двери сюда были закрыты.
— Кочевники не наши начальники, не наша семья. Они наши похитители. Они удерживают нас здесь насильно, как рабов, вдали от наших любимых, подвергают нашу жизнь опасности, стравливают нас друг с другом. - в голосе Феликса не было сомнения, только решимость и вера. - Но наша жизнь не здесь. Наша жизнь не принадлежит им. Перестаньте подчиняться.
— У них недостаточно людей, и они это знают. Они безумно напуганы. Нас в пять раз больше! — громкий голос Феликса раздавался над криками хаоса, когда кочевники начали избивать дубинками валледцев, окруживших короля. — Если мы будем медлить, будет слишком поздно! У нас никогда не будет шанса лучше, чем сегодня. Шанса вернуть контроль над своей жизнью.
Валледцы, заранее осведомлённые о плане, неожиданно напали на кочевников с тыла, втягивая в борьбу свои команды, скованные цепями.
Сначала другие команды не понимали, что происходит. Люди растерянно обменивались взглядами; начавшаяся поблизости драка затронула и их, и они, вольно или невольно, присоединились к схватке.
Стайный инстинкт – могучая сила. Именно на этот инстинкт мы рассчитывали, собрав группу преданных валледцев, способных раскачать толпу.
— В вашей команде пятнадцать человек, а кочевников, следящих за вами, всего двое. Отнимите у них ключи, освободите своих друзей. Если мы будем бороться так же, как работали все эти месяцы, у кочевников не будет даже шанса!
Эти слова оказали очень сильное влияние, узники действительно поняли, что их численность намного превосходит численность похитителей.