Пол бродил по колено в темной грязной воде, помогая сеяльщикам риса, а на другой террасе присоединился к рабочим, обмолачивающим стебли риса, чтобы добыть зерна и ссыпать их в большие корзины. Гарни и Дункан стояли неподалеку, сохраняя бдительность, но сами в работе не участвовали и рук не пачкали. Юноша же очень серьезно отнесся к репутации отца и очень радовался тому, что смог сделать.
В последний вечер в честь высокого гостя устроили прощальный пир, а Пол и его спутники готовились отбыть в Каладанский замок на следующий день.
– Я обещал, что мой народ не позволит опять разгуляться бичу айлара, молодой мастер. Мы наблюдаем и прислушиваемся, и просим людей сообщать о всех признаках нового появления страшного наркотика. Муадхи не хотят быть запятнанными подозрением в связи с айларом.
– Спасибо вам, архивикарий, – ответил Пол, чувствуя, что Тороно сказал не все, что хотел.
Тороно нахмурился.
– Несмотря на то что мы не имеем к айлару никакого отношения, мы слышим толки; до нас доходят слухи, и мы знаем, что есть те, кто предлагает к продаже айлар. Он вернулся.
Пораженный Пол оглянулся и посмотрел на Дункана и Гарни, которые осматривали орнитоптер, готовя его к полету. Он понизил голос и подошел к архивикарию ближе.
– Как же так? Ведь все поля уничтожены!
– Кто-то высадил новые плантации, но я не знаю где. Точно не в северных лесах, но где-то далеко эти делянки есть, – сказал Тороно.
Пол выпрямился и расправил плечи."
"– Я доложу ему. Вы будете здесь нашими глазами и ушами, сообщайте обо всем, что узнаете.
* * *Даже у хищников есть правила, и если ты проживешь достаточно долго, то успеешь их узнать.
Барон Владимир Харконнен; из беседы с ментатом Питером де ВриеФейд бежал по производственным туннелям столицы со своими поджарыми молодыми псами. Подземные ходы освещались резким светом длинных ярких светильников.