От Ксоры исходил едва различимый цветочный аромат, напомнивший Джессике, что сама она пахнет отнюдь не так приятно после длительного заточения, в котором невозможно следить за гигиеной.
– Я хотела отправить письмо сыну.
Ксора в ответ только пожала плечами.
– Есть другой способ отправить ему письмо. Я могу сама его доставить.
Джессика насторожилась. Что это, еще одна ложь, чтобы проверить, как подействовала на нее изоляция?
– Что ты хочешь сказать?
Ксора едва заметно улыбнулась; кажется, она сомневалась, стоит ли отвечать.
– Знаешь, за это время произошло много событий. Скоро в Школу Матерей прибудет Преподобная Мать Гайя Елена Мохайем. Думаю, она захочет тебя увидеть. Она, во всяком случае, встретится со мной… перед моим новым назначением.
Напряжение Джессики усилилось.
– Она очень строга. Тебе не придется рассчитывать на теплое отношение с ее стороны.
Бывшая наперсница точно знала, как причинять ей боль, она словно читала мысли.
– Что ты имеешь в виду под своим новым назначением?
Ксора просияла, словно собралась сообщить Джессике приятную новость.
– Мне наконец разрешат покинуть Уаллах IX и выполнить задание, чтобы оправдаться в глазах Ордена.
Джессика вдохнула, потом медленно выдохнула, стараясь эмоционально расслабиться.
– По крайней мере, ты не навредишь никому здесь и уж точно мне.
Ксора просияла еще больше, это сияние походило на блеск разящего клинка.
– Меня посылают на Каладан, чтобы стать новой наложницей герцога Лето Атрейдеса.
"Джессика ощутила почти физическую боль, ее словно ударили кинжалом, но она тут же осознала, что именно этого и стоило ожидать от Ордена сестер, именно это они должны были сделать, чтобы сломить ее, напомнить о том, что они, и только они контролируют каждый шаг в ее жизни.
– Лето никогда не примет тебя. Он отец нашего сына, и я его законная наложница, а это то же самое, что жена.
– Это соглашение аннулировано, и ты это прекрасно знаешь, – возразила Ксора; она перестала скрывать свои притязания, что заметно отразилось на ее тоне. – Я лишь делаю то, что принесет наибольшее благо Бинэ Гессерит. Мы должны наилучшим образом исполнять то, что нам прикажут. Мы обе. – Ксора не умела скрывать правду. – Я уверена, что Верховная Мать найдет тебе другое применение.