Сапоги их гремели по металлической решетке мостков, перекинутых над медленно текущей грязной водой каналов. Пруды, где самки метали икру, окружала вибрирующая ограда. Считалось, что низкий звук стимулирует рыбу давать больше продукта. Повсюду виднелись жилища рабочих, стоящие на высоких сваях над болотистой почвой. На дальнем краю прудов стояли открытые длинные разделочные столы под парусиновыми тентами, там работали потрошильщики. Действовали они удивительно споро и слаженно. В воздухе пахло рыбой и тиной. К счастью, отходы отвозили в отдаленные районы болот, иначе здесь стояла бы невыносимая вонь.
Фенринг проявлял непритворное любопытство к тому, что рассказывали ему Лето и администратор Наток о бассейнах для выращивания, переходных каналах, цехах переработки и упаковочных линиях.
– Здесь неподалеку расположены еще семь рыбозаводов, – пояснял Наток. – Это предприятие направляет большую часть продукции на экспорт, но местные болота обширны, и на Каладане есть место для постройки новых бассейнов и прудов для размножения рыбы.
Сосредоточенные на своих интересах, Сафир Хават и его тощий коллега ментат разговаривали у складского здания на противоположной стороне каналов. Они обменивались потоками данных, так как оба обладали способностью общаться на языке фактов и чисел, вероятностей и проекций – в данном случае разговор велся об экономических параметрах рыбной промышленности.
"Лето знал, что Хават не выдаст Дардику никакой секретной информации, но постарается, используя все свои способности, выведать истинные цели попыток графа сблизиться с Лето. Лицо Сафира Хавата обычно выглядело абсолютно непроницаемым, но теперь Лето замечал, что присутствие Грикса Дардика его угнетало. Очевидно, ментат Фенринга отнюдь не являлся тем эксцентричным чудаком, каким казался на первый взгляд.
Опершись на перила мостков и глядя на застоявшуюся воду, Фенринг рассуждал вслух:
– Странно выглядят эти потрясающе вкусные создания, хм-м-м.
Администратор энергично кивнул.
– Я не возражаю.