"
"Снова пришел Бром – на этот раз с подносом еды. Джессика не понимала, почему именно его выбрали на роль подсобного рабочего. Может, Харишка не хотела, чтобы другие сестры общались с ней, не только ее изолируя от других, но и других от нее. Неужели они теперь считают Джессику такой же опасной, как Лезия?
Юноша посмотрел на узницу с заговорщическим видом. Ставя поднос на столик, он сказал, понизив голос:
– В Школе Матерей царит сильное волнение. Никогда не слышал столько слухов! Мне они, конечно, ничего не говорят, но я знаю, что все ждут прибытия императорской Вещающей истину.
– Она была… она была жестокой и бессердечной учительницей.
Джессика не знала, как относиться к приезду Мохайем – с надеждой или страхом. Кто мог бы принудить ее к повиновению, если не учительница, понимавшая ее лучше других? Мохайем лучше всех знала, чем можно шантажировать Джессику, как заставить ее покинуть Каладан. Никто другой не смог бы этого сделать.
Со своей стороны Мохайем, конечно, чувствовала себя преданной лучшей ученицей, а она не любила и не умела прощать.
Джессика не выказала опасения перед Бромом. Юноша выглядел таким невинным; он радовался, что нашел в ее лице друга, но и он мог служить ловушкой, мог оказаться шпионом. После Ксоры Джессика не открывала свои сокровенные тайны случайным людям, а Бром все же являлся сыном Ксоры, воспитанным здесь, в Школе Матерей.
На сердце стало тяжело и холодно от мысли, что скоро Ксора отбудет со своим поручением, представится Лето и попытается стать следующей леди Каладана. Эта мысль причиняла невыносимую боль, как вонзенный в тело нож.
Бром поставил поднос на стол, снял с него тарелки, но уходить явно не собирался.
– Вы не станете есть?
Джессика понимала, что ей еще понадобятся силы, и с волчьей жадностью набросилась на еду. Питание – залог выживания.
– Спасибо, что принес мне пищу.
Он выжидательно смотрел на нее, словно желая услышать следующее распоряжение.
Не боялись ли они, что и он тоже опасен?
Джессика воспользовалась шансом, стараясь не обнаружить то, что она о нем знала.
– Ты напоминаешь мне сына, по которому я сильно скучаю.
– Да, я знаю о вашем сыне. – Бром отвел взгляд.