Все оказалось уничтоженным – список личного состава экипажа фрегата, перевозившего деньги, документы о передаче соляриев в трюм фрегата, список личного состава транспортного контроля. Члены экипажа погибли во время взрыва, а некоторые из них наверняка участвовали в заговоре. Шаддам не сомневался, что они угнали судно из транспортного узла и направили его в самоубийственную атаку; но следствие не смогло найти имен.
Бесчисленные солярии блестели в зоне взрыва, но все остальное расплавилось и превратилось в шлак, смешанный с остатками сгоревшего судна.
Сложные системы контроля и электронная запись событий, происходящих в транспортном узле Кайтэйна, отключились, как только Император начал произносить речь с балкона крыла Шествий. Измотанный персонал работал на пределе сил, чтобы восстановить работу системы; они так увлеклись, что не сообщали о неполадке до тех пор, пока не стало слишком поздно.
Шаддам увеличил численность команды следователей, требуя ответа. Но сильнее всего он хотел заполучить Якссона Ару.
Секретное путешествие Гарни в имперскую столицу задерживалось уже на несколько дней из-за замены лайнера.
По громкой связи в зале транслировали извинения Космической Гильдии, громко звучащие под сводами старого зала ожидания. Гарни меланхолично перебирал струны бализета и старался не злиться. Между тем шли часы. В зале толпилось огромное количество пассажиров.
Колеблющееся голографическое изображение представителя Гильдии в серебристом костюме замогильным голосом обратилось к тысячам пассажиров, планы которых оказались безнадежно нарушены:
– Благодарим вас за терпение, пока мы переделываем расписание лайнеров.
Пальцы Гарни извлекли из струн нечто какофоническое.