"
"Благодаря вмешательству виконта Тулла и крупному платежу на счет Космической Гильдии ее полет состоялся. Джандро, видимо, задействовал таинственные связи и, наверное, попросил об одолжениях, о которых отказался рассказывать Джессике. Он поддержит впечатление, что она живет в его замке, дав ей время закончить неотложные дела на Каладане. Орден сестер никогда не узнает, что она отлучалась с Элегии.
Однако Джессика все же испытывала некоторое стеснение из-за маршрутов Гильдии. Прямого рейса от Элегии до Каладана не существовало, и виконт нашел маршрут из четырех сегментов, преодолеть которые Джессике предстояло на четырех лайнерах с пересадками на транспорты с наименьшим временем ожидания.
Одетая в дорожный плащ, шляпу и обычную одежду женщин Элегии, Джессика вместе с другими пассажирами ожидала отлета на орбитальной станции, наблюдая за погрузкой контейнеров на борт лайнеров.
Она смотрела на свое отражение в стекле окна и не переставала удивляться разительной перемене во внешности. Эту трансформацию произвели всего за несколько часов.
Несмотря на то что Джессику занимали мысли и страх за Пола, она понимала, как ценна и полезна оказалась помощь Джандро. Он сделал для нее все, что мог, не прося ничего взамен. Его глубокое чувство чести и сострадания напомнили Лето.
Но Джандро Тулл – не Лето Атрейдес, и она не могла даже вообразить, что когда-нибудь сможет почувствовать к виконту то же, что к Лето. Конечно, Бинэ Гессерит желал, чтобы она вообще ничего не испытывала, а просто принимала назначения и добросовестно их выполняла. Но она отдала тело и душу отношениям с Лето, и совместные испытания и переживания связали их навеки.
Но потом все рухнуло.
Джессика планировала прибыть на Каладан через трое суток, но это было лишь предположение, основанное на возможности без задержек пересаживаться с лайнера на лайнер. Уже теперь она с нетерпением посматривала на стенной хронометр и выглядывала огромный корабль, который должен был вот-вот появиться на орбите вокруг Элегии.
С близкого расстояния она вдруг увидела рябь пространства, из которой вывалился огромный лайнер, словно космос родил его.