Эта ситуация заставила Лето думать о Джессике и о более тонком способе, каким она причинила боль ему. Он также помнил слова Мохайем. Стоит ли залечить боль, приняв череду следующих наложниц, просто чтобы забыть Джессику? Однако Лето понимал, что это лекарство не подействует, только причинит страдания Полу.
Он сосредоточился на текущих проблемах: на сыне и на неминуемой дуэли.
Закончив расследование на Элегии, полковник-баши Колона с радостью вернулся в императорский дворец. Как сардаукар, он был обязан давить в зародыше любой мятеж, как уничтожил весь род Верденов, но во владениях виконта Тулла не нашлось ничего подозрительного.
"Одетый в парадный мундир полковник-баши стоял неподвижно, как статуя, в тронном зале, и немало удивился, когда увидел, что барон Молаи вернулся во дворец после стольких лет добровольного изгнания. Аристократ высоко держал голову и важно выступал под руку с прекрасной наложницей Бинэ Гессерит.
Они вместе учились в суровой школе сардаукаров на Салузе Секундус, а затем оба получили назначение на службу в императорском дворце вместе с другими сардаукарами. Жизнь при дворе полнилась искушениями и соблазнами, но Колона все же не понимал, как мог солдат пренебречь званием и честью и позволить соблазнить себя наложнице барона Молаи.
Эта интрижка навредила аристократу Ландсраада, сломала карьеру сардаукара, опорочила наложницу и привела в замешательство императорский двор.
Молодого солдата с позором изгнали из гвардии, а барон отправился домой зализывать раны и восстанавливать репутацию, не появляясь на Кайтэйне. Очевидно, он решил, что семнадцати лет для этого вполне достаточно.
Но императорский двор ничего не забыл, как не забыл и полковник-баши Джопати Колона.
* * *На утро дуэли с лордом Атикком Лето проснулся со страхом и с ощущением неизбежности. Он плохо спал, но в целом чувствовал себя готовым к поединку. Он оделся в свободный наряд с гербом Дома Атрейдесов и опоясался церемониальным мечом, который захватил с собой. Сегодня это оружие послужит отнюдь не украшением.
Лето покинул гостевые покои, не зная, суждено ли ему туда вернуться.