Один проект так вообще его развеселил – нечто неимоверно навороченное с большим стеклянным кубом зимнего сада, нависавшим над задним крыльцом, как ледник над неосторожным лыжником.
– И у такого, я бы сказал, неоднозначного таланта нашлись поклонники и наниматели? – усмехнулся Влад и провозгласил свой диагноз: – Ну что, дядь Павел, вот этот и этот проекты ничего, вполне реальные. И с минимальным ущербом для ландшафта, и сметы у них вполне адекватные, без накрутки необоснованной.
Он показал те компьютерные модели, на которых остановился, Павел Максимович посмотрел и слегка скривился:
– Да, ничего, я тоже на них внимание обратил. А только, Влад, не греет это меня. Я ж родовое гнездо основать хочу и для себя, и для будущих поколений. Мне видится нечто современное, солидное, но из натурального дерева, и баня, пристройки вокруг из того же материала – все в одном стиле, нечто русско-скандинавское.
– Ну я ж не архитектор, – засомневался Влад, но тут же объяснил: – Могу, конечно, проект придумать да просчитать, только мне надо на месте посмотреть, почувствовать участок, природу вокруг.
– А давай прямо завтра, – предложил дядь Павел. – Я тебя отвезу, можешь остаться сколько понадобится, у меня там небольшая, но вполне удобная времянка стоит с биотуалетом и генератором, так что и свет, и вода горячая, и телевизор есть, и даже сотовая ловит, только Интернета нет пока.
А что тянуть? И поехали.
Прав оказался дядь Павел! Такого умиротворения, единения с природой, возвышающего до молитвенной благодати в душе, Влад не испытывал с детства.