Вверх на деление колесико передвинь… Давай, — салютую ему рукой.
Отделался легким испугом, считай. Заряд был крошечный, разнесло только комнату и женщину."
"Выхожу из палаты, бросаю взгляд на девушку. Взгляд, не подчиняясь, залипает. Очень эффектная… Темноволосая, яркая, статная, лицом навевает что-то восточное. Только глаза серые, а не карие, как у восточных женщин, да и взгляд дерзкий. Помню я это лицо. По фотографии. Лежит у меня на столе ее личное дело…
Через плечо коса, заплетенная высоко на затылке, как некоторые стриптизерши делают хвосты.
Встряхиваюсь и, не останавливаясь, ускоряю шаг. Некогда мне пока состав собеседовать.
— Товарищ полковник… — догоняет она меня.
— Вы кто?
— Я по поводу вакансий в Ваш отдел. Документы две недели назад подавала. Предварительное собеседование прошла.
— Вы кто? — повторяю я еще раз раздраженно, не глядя на нее.
— Лейтенант…
Резко останавливаясь, разворачиваюсь к ней лицом. Вот бесит она меня чем-то. А чем, понять не могу.
— Как зовут тебя?
— Диляра.
— Кандидатуру твою я не одобрю, Диляра. Не выношу восточных женщин. Профессиональная деформация.
— Сербка я по происхождению! — закатывает она глаза.
— Час от часу не легче!
— И гражданка России! Практически с рождения здесь. После конфликта меня годовалую вывезли из Сербии. В Россию, детский дом. Удочерена была узбекской семьей, москвичами. Родители у меня — научные сотрудники. Почитайте личное дело.
— Да?… — подозрительно разглядываю ее. — Тогда подумаю. Почитаю. Фамилия, лейтенант?
— Владо.
— Родную, что ли, оставили?
— Сама сменила потом, когда паспорт получала.
— Зачем?
— Не знаю… Это важно?
— Да нет. А имя чего не сменила?
— А имени не было. Без документов нас тогда привезли. На одежде была вышивка с фамилией. Имя уже приемные родители дали.
— Не любят у нас таких мутных историй, Диляра. А по специализации ты кто?
— Два образования у меня, первое — Школа полиции, «Следственное дело».
— Рекомендации?
— Да полно! Посмотрите мое дело.
— Посмотрю… А на какую вакансию претендуешь?
— В отдел по защите свидетелей…
Опять залипаю на ее безупречно красивом лице. Белые зубы нервно прикусывают пухлую, темную, без грамма макияжа губу. Ее бы в оперативку. Подставным агентом. Вот где был бы эффект от ее красоты. Только жалко такую под маньяков этих религиозных подкладывать.