Строители Пожарской тоже попались мне на дороге в момент моего забега, и тоже любезно предложили помощь.
Всех отверг. Блин, иногда срочно помощник требуется, выглянешь из бытовки — крикнуть, и никого! Лишь мёртвые с косами стоят, и то где-то на периметре участка не видимые глазу. А когда ты торопишься, и никто тебе не нужен — пожалуйста, сто миллионов человек на квадратный метр.
А у меня жучок подыхает!
Юрец в невидимости захрипел и начал падать. Его подхватила лапами Фая, увеличившись до своей средней формы.
«Оппа! Мелкому, похоже, жопа! Он бы язык на плечо сейчас закинул бы, если бы у него язык был».
Мы ускорились до предела и вскоре оказались на краю моего имения, на небольшом пустыре.
— Бросай его, Фая! — крикнул я"
"Дракониха послушно швырнула этот лысый семидесятисантиметровый шар. Юрец покатился, совершенно не сопротивляясь и, под конец, остановился, лежа на спине и распластав лапы.
Он задрожал и тяжело задышал.
А затем резко вскочил и начал наматывать стремительные круги.
— Идиот! Выпускай новое заклинание! — рявкнул я.
Но он меня не услышал, продолжая бесцельно носиться.
Громко выругавшись, я рванул к зверьку и, обхватив его сзади, поймал. Жук заверещал, пытаясь вырваться.
— Давай, выпускай заклинание! — направил я его мордой вперёд.
Он продолжал дёргаться и орать.
«Вы смотритесь как в тех видео, где хозяева заставляют своих собак выплюнуть какую-нибудь дрянь», — засмеялась Фая, немного успокоившись. Она не сомневалась, что я смогу помочь Юрцу.
Ну я и помог.
Я поднял заслонку, выпуская мощное заклинание.
А дальше случилось странное. Глазами, я ничего не видел, ушами я ничего не слышал, а кожей ничего не ощущал. Но вот всем своим естеством и энергетическими рецепторами я «почувствовал» сильный взрыв, «услышал» громкий хлопок, «увидел» яркую вспышку.
Само Пространство в этой точке дало мощный импульс!
И затем всё успокоилось, а Юрец обмяк у меня на руках. Я тут же закинул его в Сосредоточение восстанавливаться.
Сам же, вытянув вперёд руку, прикоснулся к сгустку энергии, невидимому глазом. Да чего уж, даже местные отмеченные, вряд ли смогут его ощутить — они, как правило, дальше своих контуров ничего не чувствуют.