К тому же хоть и вредная, но надежная. Мне будет в двадцать раз спокойнее оттого, что жена с ней.
А у меня впереди важные дела…
* * *Вера
Одеяло почему-то не греет.
Вроде бы лето, вроде бы на улице жара, а у меня зуб на зуб не попадает. Температуры нет, я померила, но все равно знобит.
Это Амаряны виноваты!
Сволочная семейка! Все соки из меня выжали…
Вспоминаю ту сцену в номере и аж вздрагиваю.
Айк же был уже практически мой, считай с рук ел, почти… А как смотрел на меня, буквально пожирал взглядом. Я все-все отметила: и как на грудь пялился, и как в сторону спальни смотрел.
Все шло супер, пока не заявилась эта беременная выдра, его жена!
— Айк, пусть она уйдет, пусть она уйдет… — кривлю губы, имитируя ее противный голос.
И Амарян мгновенно поплыл, вышвырнул меня из номера как настоящий мусор.
Эта Машка гипнотизерша, что ли? Или у нее в трусах там все по-особенному устроено, раз в три секунды меня на нее променял?
Обидно до дрожи!
Вытираю злые слезы, пытаюсь придумать, что делать дальше, а оно не придумывается, потому что я сделала уже все что могла, чтобы разрушить их чертов брак.
Сжимаю кулаки, кусаю губы и чувствую полнейшее бессилие. Что мне делать?
Я никогда не сдаюсь, кредо у меня такое.
Но… Тут, по-моему, бороться уже не за что.
Что ж, напакощу им напоследок от души, чтобы все прочувствовали. Хоть так за себя отомщу. Буду до последнего давить на жалость, трепать нервы фейковой беременностью. Ни за что не позволю им жить спокойно после всего, что они со мной сделали!
Неожиданно слышу звонок в дверь.
Кто там еще? Соседка? Ошиблись дверью? Нагрянули инопланетяне? Пофиг, никому открывать не собираюсь.
— Вера, открой! — вдруг слышу голос Амаряна.
Никому, кроме него.
Ох ты ж боже мой, кто явился в гости.
Одумался?"
"Вскакиваю с дивана, лечу в ванную к зеркалу. А там… кикимора на выгуле. Волосы — воронье гнездо, глаза опухли от слез.
Быстро плескаю в лицо холодной водой, кое-как приглаживаю волосы, тычу в губы розовым блеском.
Спешу в прихожую, смотрю в глазок, а там и вправду Амарян.
— Зачем явился? — спрашиваю обиженным голосом. — Здесь твоей жены нет! Ты же ее предпочитаешь матери своего ребенка, так? Ты хоть представляешь, как больно мне сделал сегодня?
Амарян несколько секунд молчит, потом делает скорбную мину и говорит:
— Верочка, что же ты, открывай.