Они оба друг друга недолюбливали, поэтому Тагаев точно так же кивнул в ответ. А потом обратился к матери.
— Мама, у нас все хорошо, просто сломался ретранслятор, поэтому мы временно остались без связи.
— И это ты называешь хорошо? Да это же катастрофа, милый! Здравствуй, дорогая! — мать обняла Ариану, а затем повернулась к Артуру. — Что значит, сломался? Почему его до сих пор не починили?
— Не волнуйся, починим, — он обнял мать в ответ, а та уже выглядывала зачем-то спрятавшуюся в беседке Анастасию.
— Это кто там у вас в беседке? Вы тут не одни? У вас гости?
— Это Анастасия, организатор нашей с Арчи свадьбы, я вас сейчас представлю.
Но та даже не пошевелилась, и Ри потащила Аврору в сторону беседки.
— Я сейчас покажу, с чем мы уже определились, это просто вау! И мне нужен совет, никак не могу выбрать основные цвета, лавандовый или мятный.
— Детка, дорогая, ну какой лавандовый? Только лиловый, ты же знаешь, как я люблю этот цвет!
Тагаев шел следом и ругал себя последними словами.
— Познакомьтесь, это Аврора, моя будущая свекровь, а это… Что с вами? — Ри удивленно переводила взгляд с Анастасии на Тагаеву и обратно. Артур молча наблюдал исподлобья.
Мать и Анастасия в упор смотрели друг на друга остекленевшими глазами, и это ему очень не нравилось.
— Артур! — раздался дружный крик, и в беседку вбежали близнецы. Они подскочили к Тагаеву с двух сторон и схватили за руки. — Так мы идем на пляж?
— Конечно, — ответил Артур и обнял мальчиков за плечи, чуть развернув их за плечи и подтолкнув вперед, — только сначала я познакомлю вас с моей мамой. Мама, познакомься, это Давид и Данил.
— Как ты сказал? Кто это? — слабым голосом переспросила мать и снова посмотрела на Анастасию. Но та уже вела себя как обычно, разве что спину держала неестественно прямо.
— Это мои дети, госпожа Тагаева, — ответила она очень спокойно. — А я Анастасия, приятно познакомиться.
И протянула руку.
Глава 19
Она узнала меня. Сразу же. Хотя надо признать, слабая надежда, что не узнает, оставалась. Впрочем, оставалась совсем недолго.
У меня не получилось ни испариться, ни исчезнуть, пока она шла к беседке. Сначала охватил панический ужас, хотелось забиться в самую узкую щель и затаиться.