Пустоцвет

Поделили совместно нажитое пополам, и благополучно забыли о неудачном семейном опыте.

Теперь он уже год встречался с Ларисой. Без обязательств, без обещаний, и обоих это полностью устраивало. Наверное, только такие отношения и могут быть удобными и необременительными. Более того, Георгий нет-нет, да ловил себя на мысли, что годы идут, пора бы семью, ровесники того и гляди, дедами станут, а у него до сих пор, ни сына, ни дочки. Может быть, позвать Ларку за себя? Привыкли друг к другу. Да, любви нет, но, как выясняется, она часто в отношениях только мешает.

Нет любви, нет и больших романтических надежд, не будет разочарования.

Но Юра верил в любовь. На родителей насмотрелся, мечтал о таком же счастье. Ему товарно-денежные отношения не подходили.

Надеюсь, теперь вылечился. Такие пары, как их родители — большая редкость, чтоб сорок лет вместе — душа в душу. В кино, да, сплошь и рядом, а в реальной жизни — не встречал.

В общем, начало года прошло кувырком, и Георгий только тогда вспомнил, что к учительнице они не съездили, когда наткнулся в шкафу на приготовленные для нее коробки с подарками.

Собирался отправить Юру, тому не помешает отвлечься от переживаний, да тот получил сообщение, в два часа собрался и улетел в Брийск, на объект. А Юрке бы полезнее было, глядишь, Надежда Львовна ему мозги прочистила, как она одна умеет.

Поехал сам.

И вот — сюрприз.

Нашлась пропажа, где не думали. Впрочем, они её не очень-то и искали.

Юрка полностью здоров, из дома ничего не пропало, к тому же, брат постепенно вспоминал, и по всему выходило — до секса они не дошли.

— Кусками помню, — бормотал брат. — Она меня Димой называла, почему-то.

— А ты?

— Откликался, представляешь? Мне казалось, я кино вижу с собой в главной роли. Изначально я проснулся от дикой жажды, добрался до кухни, а там нимфа сидит, минералку хлещет. Меня увидела и — Дима! — всхлипнула и на шею.

— А ты?

— Обнял, понятное дело. Руки тонкие, тело мягкое, волнующее… Что я, не мужик, что ли? Завелся, конечно.

— А она?

— Уткнулась в шею, что-то шепчет, плачет… Я одной рукой держу её за… В общем, держу, ощущением наслаждаюсь, второй в минералку вцепился.

Пить зверски хотелось, пока полбутылки не выхлебал, не оторвался. Помню — целовались. Помню, шли куда-то. Потом — раздевались, тряпки по всей комнате летали, и только я нежданный подарок на кровать уложил, как девочка сразу уснула. А я ж так не могу, ну, ты сам понимаешь. Обнял ее и сам задремал. Следующее, что помню — как ты меня разбудил.