– Как думаешь, Шари не разлюбит меня, если это увидит? У неё, наверное, за всю дельфинью жизнь ни одного прыщика не было! – Я украдкой огляделся. Хорошо, что Шари сейчас плавает с Блю и Ноем.
– Если она не любит тебя вместе со всеми твоими прыщами, вам стоит пересмотреть свои отношения, – буркнул Джонни, отодвигая пустой стакан из-под сока. – Раньше у меня тоже было много прыщей… Может, это гормональное. Но Мари-Анна ни слова об этом не сказала.
Я кивнул: с Мари-Анной они долгие годы были вместе.
Мы крепко обнялись на прощание, и Джонни на стареньком «Шевроле» уехал обратно в Майами.
На следующее утро Шари впервые увидела меня с новым «украшением» на лице. Конечно, она сразу его заметила… А Шари не из тех, кто способен промолчать, увидев что-то интересное."
"– Они похожи на маленькие вулканы – помнишь, эти штуки из документального фильма, который мы недавно смотрели?
– Э… да.
– Иногда прыщи тоже извергаются – но из них выступает не лава, а гной, – просветила её Блю, и все хором завопили «Фу-у-у!». Зашибись. Может, пожить некоторое время тигровой акулой?.. У них ведь не бывает проблем с кожей?
– Но это ничего. – Шари обняла меня, поцеловала и только потом спросила: – А эти штуки не заразны?
– Нет, – пробормотал я и поцеловал её в ответ.
– Ну и хорошо, – сказала Шари и обратилась к нам: – Что думаете о том телефонном разговоре Эллы? Надо непременно рассказать мистеру Кристаллу и мисс Уайт, что Леннокс что-то замышляет! Может, нам предпринять защитные меры?
– Хорошая идея, – кивнул я, обрадовавшись смене темы.
Как выяснилось, они, вопреки нашим опасениям, уже были в курсе.
– Мы специально постарались побыстрее организовать школьный обмен, – сказал Джек Кристалл, когда мы вошли в его кабинет, где он что-то обсуждал с учительницей борьбы.
– Да, – кивнула мисс Уайт, испытующе глядя на меня.
Мы быстро пересказали директору и мисс Уайт, что́ мать Эллы сообщила ей по телефону.