Удалось поймать преступника? Что и кому он там рассказал? Когда снимут с господина Рошэ обвинение? Они ведь снимут?"
"Из-за мыслей даже толком спать не могу. Потому и поднимаюсь ни свет ни заря. Привожу себя в порядок. Как говорила Сирена, женщина должна оставаться женщиной, даже глядя в лицо смерти. Мне понравилось это выражение. Нечего врагам знать о моих слабостях.
Собравшись, спускаюсь на первый этаж. Как раз пришел лекарь, но одного его к господину Рошэ не пускают. Страж заходит вместе с ним. Так что по возвращении лекаря узнать я могу лишь о состоянии дедушки, что тоже очень важно.
— Доброго дня. — Я провожаю лекаря в дверях и тут замечаю темную карету, что останавливается у подъездной дорожки к особняку.
Инквизитор! Надеюсь, он с хорошими новостями пожаловал, а не с кандалами, как всякий раз! Будет этот чешуйчатый неладен!
— Вы его поймали? — Я спешу по ступеням вниз к нему, когда на самом деле предпочла бы бежать прочь от него.
— И вам доброе утро, леди Рошэ, — поучает меня инквизитор.
Утро у него, а у меня все еще вчерашний день не закончился. Интересно, он хорошо спал, пока остальные тут от волнения с ума сходят?
— Поймали, — наконец-то, отвечает лорд, насладившись своей игрой на струнах моих нервов.
— Допросили?
— Леди Рошэ, вы еще не поняли? Я отчитываюсь только перед королем.
Сломается, что ли, если скажет? Или ему нравится меня злить?
Играет тут, как кот с мышкой. Что ж, если мой гнев доставляет ему удовольствие, значит он больше его не увидит.
— Что ж, отчета я не прошу.
Ага, такая Сири уже не столь интересна, господин инквизитор? Вот и славно!
— Как раз за этим и пришел. Могу войти?
— Конечно, — отвечаю я ровно, а внутри все чуть не прыгает.
Он ведь отпустит господина Рошэ? Или я поторопилась с выводами?
И почему по выражению лица этого дракона никогда нельзя понять наверняка, о чем он думает? Вот у других все на лбу маркером написано, а у этого водицей, еще и на китайском: вроде только что-то понял, а оказывается, нет — показалось.
Что ж, одно я знаю точно: как только он покинет наш город, я больше его не увижу, хвала богам! Осталось только, чтобы дедушку он отпустил.
Едва подойдя к дверям спальни Дирарда, инквизитор отпускает служивых. Это ведь к добру, да? Ну точно!
— Мне теперь можно его навестить?
— Можно, — кивает инквизитор и открывает для меня дверь.
Не мешкая ни секунды, вхожу внутрь.