Закусив губу, девушка уселась позади него и, немного подумав, осторожно обняла. Ехать так, прижимаясь грудью к спине сидящего впереди мужчины, оказалось непривычно, но выбора у нее не было.
В голове крутилась одна и та же мысль: кто-то угрожает Дарвейну, кто-то хочет его смерти. Стоит ли поискать этого безумца и попробовать объединить с ним силы, чтобы вырваться из-под жесткой хватки лэра? Или будущий союзник окажется намного опасней?
Да и слова старой пророчицы не давали покоя. Слишком пугала мысль о том, что у них с Дарвейном одна судьба на двоих.
Постепенно Эсмиль начала расслабляться. Горло еще немного побаливало от удушающей хватки Дарвейна, но мышцы устали быть в постоянном напряжении. Сама не заметив как, девушка прижалась к широкой мужской спине, чувствуя, что через слои сукна, шкур и буйволовой кожи размеренно бьется сердце лэра. Этот ритм, а еще неспешная иноходь рысака убаюкивали, не давая сосредоточиться ни на одной мысли.
Вокруг природа постепенно менялась.
Низкое серое небо грозилось вот-вот разразиться то ли мокрым снегом, то ли мелким моросящим дождем. Чем дальше на север уводил Дарвейн свою команду, тем отвратительнее становилась погода.
Проведя целый день на крупе лошади, Эсмиль хотела только одного – согреться. Она куталась в огромный плащ из медвежьей шкуры, который выделил ей лэр на одном из привалов, но даже это не спасало от холода. Изо рта вырывались струйки пара, а на усах у мужчин кристаллизировался иней.
Наконец, когда солнце начало опускаться за горизонт, командир отряда приказал остановиться и устраиваться на ночлег.
– Не задерживайся там надолго, – прозвучал ей в спину насмешливый голос Дарвейна.
– Боитесь, что сбегу? – не удержалась она от язвительного замечания.
– Нет, – он покачал головой, – здесь бежать некуда, на сотни лиг ни одного человеческого жилья. А вот встретить медведя или стаю волков, это – всегда пожалуйста.
Девушка демонстративно поджала губы и заковыляла с удвоенной скоростью.