Лорд Шардис оказался предателем, а его величество - хорошим человеком. У нас нашлось неожиданно много общего. Конечно, это не отражало и десятой доли того, что я здесь пережила, но я не хотела лгать и не могла говорить правду.
- Девочка, он действительно тебе нравится? - как-то запоздало, с неясной целью уточнил отец. Успокаивал совесть? Он чуть расширил глаза, когда я улыбнулась:
- Я люблю его. Вы были правы: отбор оказался не так уж плох. Всё сложилось лучше, чем я могла представить.
Удивительное заявление, наверное.
Я посмотрела на мать, не отводившую от меня тревожного взгляда, и сказала:
- А ещё я поняла, за что ты злилась на меня. За то, что я шла не по тому пути, который пришлось выбрать тебе. За то, что ты пожертвовала своей свободой на благо других - родителей, мужа, детей, а мне это казалось ужасно глупым. За то, что я каждый день отрицала твой выбор, не желая представить, как нелегко он тебе дался.
Она была одной из первых, кому пришлось согласиться на брачную связь.11162d
Я вспоминала слова Амейры - жёсткой распорядительницы, которая сказала мне, что отдала мужу всё. И тем не менее, в один миг пыталась меня предостеречь. Жаль, что даже немного сочувствия я увидела здесь от неё, а не от женщины, давшей мне жизнь. Но мы с матерью стоим друг друга, верно?
А ещё хотела сказать ей, что приложу все усилия, чтобы женщинам в будущем не пришлось переступать через себя.
Просто качнула головой:
- Я не держу зла. Надеюсь, ты тоже.
Саэль Ди’Амар несколько секунд поражённо молчала.
- Спасибо, Лорин. Надеюсь, ты будешь счастлива.
К Миронару после этой встречи я шла с неожиданно лёгким чувством. Будто семья, в которой я выросла, меня отпустила. Я смогу помочь им, если потребуется, но старая горечь больше не отравляла сердце.
Время строить что-то новое.
Правда, выслушав мой рассказ, король заломил бровь:
- Если твои родные начнут слишком много требовать или иначе тебя доставать - знай, что их можно сослать подальше.
- Ну, - усмехнулась я, - мне бы не хотелось, чтобы наши дети однажды сослали нас."
"- Дети, да? - Муж глянул на меня так, будто думал вовсе не о наследниках, а о том, чем мы занимались по ночам.
Он вообще часто звал меня к себе или приходил сам в эти дни. Постоянно узнавал, как у меня дела, а в другое время просто окружал меня охраной и всем, что могло мне понадобиться.