Потягиваясь, слезаю с кровати, чтобы окунуться в приготовления к свадьбе.
Уже искупавшаяся Ника загоняет меня в ванну, вливая в воду пахнущую розами жидкость.
— Это придаст коже ровный матовый здоровый вид. Обязательно окунись с головой. Нужно минимум десять минут, так что сделаешь несколько заходов. — Убрав флакон, снимает с полки бутылку. — Затем спустишь воду и вымоешь голову этим, это сделает волосы гладкими и послушными.
— Спасибо.
— Пожалуйста. Потом накрашу тебя. Твоему платью надо соответствовать.
— Боюсь представить, во сколько оно мне обойдётся, — ворчу я, приподнимая подол сорочки и забираясь в ванную.
— Оно слишком шикарно, чтобы жалеть деньги. К тому же, если ваше с Тарлоном дело пойдёт в гору, а почти наверняка так и будет, ты сможешь позволить себе более роскошные платья. Или перейдёшь на содержание императорской семьи…
— Ника, — качая головой, вспоминаю израненные руки Арендара. — Не напоминай об отборе.
— Об этом трудно не думать.
— Вот именно. Поэтому можно без напоминаний. Я и так волнуюсь.
— О чём? О том, что тебя выберут, или о том, что не выберут?
— Не знаю. Не спрашивай, пожалуйста.
Кивнув, Ника оставляет меня наедине с горячей ванной и мыслями о пленённом Арендаре. Правду я видела или сон?
Стянув кружевную сорочку, погружаюсь в пахнущую розами воду. Тепло проникает под кожу, согревает, гонит прочь охватывающий сердце холод. Надо успокоиться. В самобичевании пользы нет, только хуже себе сделаю, измучаюсь и потом растеряюсь в критический момент. Нет, нужно расслабиться, учиться, обустраиваться, не оглядываясь на то, что могу стать женой Арендара, потому что если замужество будет единственным моим достижением здесь — то напавшие на меня девчонки правы, и без Арендара я никто.
Ванна расслабляет, ласкает. Кожа на глазах становится ровнее, даже редкие родинки бледнеют. Задерживая дыхание, погружаюсь под воду. На более нежном лице чувствуется, как магия очищает поры и проникает в капилляры, улучшает кровообращение.
Шампунь тоже с магической добавкой, под струями воды волосы сами собой распрямляются, распутываются."
"Из ванной я выхожу распаренная и спокойная.
Пушинка приподнимается над диваном на балконе, осматривает меня через спинку и, зевнув, вновь укладывается.
— Давай сюда, — командует из гардеробной уже накрашенная Ника. В её высоко убранных волосах сверкают крыльями чёрные бабочки. — Сейчас накрашу тебя магией.