- Я хотела бы помолиться перед всеми статуями, - её голос дрожал, но леди надеялась, что это спишут на вполне понятное волнение новоиспечённой невесты, - и отблагодарить богиню дарами.
- Конечно, дитя, это твоё право! – кивнул жрец и повернулся к зрителям. – Освободите место для графини, она желает воздать почести Ясноликой.
Народ перетёк к стенам, возле статуй никого не осталось.
Нужное ей изваяние стояло самым крайним в ряду. Пока оба светила не поднялись повыше, туда и свет почти не попадал. Зато этот угол расположен дальше всего от толпы зрителей и столпившихся левее прихожан священников.
Богатство, Здоровье...
Она машинально преклоняла колени, произносила благодарственную молитву, потом оставляла в чаше для пожертвований золотые монеты и переходила дальше. Плодородие неумолимо приближалось, и с каждым шагом у Есении сердце стучало быстрее и быстрее.
А вдруг герцог передумал?
Рассмотрел её получше, решил, что она недостаточно хороша даже во временные жёны? Что ей делать, если он не появится у Плодородия, как обещал?
А что тут выбирать? Очевидно – вернуться к мачехе и позволить ей отвезти себя домой.
- Светлая Ясноликая, милостивая и милосердная, заступись и защити! – бормотала несчастная девушка, преклонив колена у крайней статуи, изображающей Плодородие. – Не дай свершиться несправедливости, не позволь злу и корысти захватить земли моих предков! Вверяю тебе свою судьбу!
- Руку протяните, леди!
Тихий мужской голос, раздавшийся из пустоты, заставил вздрогнуть и с испугом посмотреть на то место, откуда он доносился.
- Да не таращитесь вы так! Заметят же. Просто поднимитесь, затем положите монеты в чашу и поднимите руку выше, будто просите ещё одно благословение, - продолжал голос. – Скорее, мне трудно одновременно удерживать полог, портал и экранирующий щит!
Сейчас или никогда?!
Есения прикусила изнутри щёку, а потом высыпала все оставшиеся монеты в чашу. На долю мгновения её рука пошла вниз, но затем девушка пересилила страх и шагнула навстречу неизвестности.
Девушка почувствовала, как пальцы сжала чужая сильная и горячая рука. Затем последовал рывок, и мир покатился кувырком.
Или это её перекинули вниз головой через чьё-то твёрдое плечо? Сообразить, что случилось и возразить против такого способа транспортировки Есения не успела – сзади раздался хоровой вопль, как она подумала – зрителей, мачехи и священников.