– В любом случае, говорить об этом пока рано, ведь нужно выполнить два первых твоих условия, а это тоже может затянуться надолго.
– Правильно, – с облегчением сказал Ситников и поцеловал свою молодую невестку-любовницу.
В тот раз разговор о ребенке на этом и закончился, но возник снова через полтора года, после смерти Ольги Павловны.
– Слава, а что будет, если я уйду от Гриши к тебе? – спросила как-то Олеся. – С ним разведусь, а за тебя выйду замуж. А?
– И думать не смей, – приказал Вячеслав Антонович категорически.
– Почему? Ты теперь свободен. Так почему нет?
– Потому что я могу потерять сына. Думаешь, он мне простит, если я уведу у него жену?
– Не простит, – тут же согласилась она. – Другой бы, может, и проглотил, но только не Гриша. Значит, все так и останется?
– Не понимаю, что тебя не устраивает, – пожал плечами Ситников. – У тебя есть статус замужней женщины, муж-бизнесмен, молодой, привлекательный, ты живешь в квартире намного лучше моей, ни в чем не нуждаешься, ездишь на машине, носишь дорогие тряпки.
– Ничем. Ты прав, Слава, такая жизнь ничем не плоха. Она могла бы быть лучше, если бы ты не поторопился выдать меня за своего сына.
– Я не хотел, чтобы ты ждала смерти Ольги.
– Конечно, я понимаю. И хорошо, что я ее не ждала. У меня совесть спокойна. Просто жаль, что так вышло.
– А по-другому выйти и не могло, – уверенно ответил Ситников. – Либо ты ждешь, пока моя жена умрет и я смогу на тебе жениться, и находишься на положении тайной любовницы, причем неопределенно долгое время, либо входишь в семью, и мы с тобой встречаемся открыто и без опасений.
– Ну почему же? – мягко возразила Олеся. – У нас был и третий вариант.
– Какой же? – насторожился он.
– Мы могли расстаться сразу же после возвращения из Гармиша. Чем не вариант?
– И что, такой вариант тебя устроил бы?
– Меня – нет. Но он вполне мог устроить тебя.