А для тех, кому этого было мало, он прорычал на весь зал:
— Ясмина — моя жена!
От его рыка у всех аж волосы назад отлетели от порыва ветра. Желающих возразить после такого не нашлось.
А Кир, как ни в чем не бывало, уже снова в человеческой ипостаси опустился обратно в кресло и добавил спокойно:
— Тиридат, пересядь.
После такого выступления Кира даже она не стала перечить. Поднялась молча и пересела на кресло рядом с отцом, а я с важным видом заняла место княгини.
По правде говоря, мне было плевать на все эти регалии, но уж очень хотелось утереть нос Тиридат.
Удобно строившись в кресле княгини, я сложила руки на столе, как послушная школьница, и приготовилась слушать.
Первым заговори отец Тиридат:
— В первую очередь я требую отставки советника Аббаса, — заявил Усман. — За обман и за то, что он опорочил честь моей дочери.
Вы посмотрите, требует он. А то, что его дочь напала на меня, все благополучно забыли. Хорошо, что меня пустили на совет.
Усман еще не договорил, а я уже подняла руку. Точно так, как это делают дети в школе, когда просят учительницу дать им слово. Кир заметил мой жест и кивнул. Мол, говори.
— Я против отстранения Аббаса от должности советника, — произнесла я. — Он был верен Южному королевству и лично тебе, Кирриан, долгие годы. Все, что он делал, было ради общего блага и процветания.
— Обман моей дочери — это общее благо? — Перебил меня Усман.
— Учитывая, как она себя повела в итоге, да, — ответила я как ни в чем не бывало.
— Ты меня спровоцировала! — Взвизгнула Тиридат.
Я в ответ только плечами пожала. Кто ж виноват, что у нее такие слабые нервы, и она банально не умеет себя сдерживать. Может, я тоже не прочь ее прикончить, но ничего, терплю как-то.
— Накажите советника, тогда накажите и Тиридат за нападение на меня и убийство стражей, — поставила я ультиматум. — Но если вы снимите обвинения с Аббаса, уважаемый Усман, и я готова забыть о своих в отношении вашей дочери.
Конечно, обидно было вот так легко отпускать Тиридат, но спасение Аббаса было важнее мести. А уж как разделаться с Тири я придумаю.
Усман задумался. Погладил бороду, посмотрел на меня, на Тири и наконец на Аббаса. А потом медленно кивнул:
— Хорошо. Я согласен.
Чтобы там Тири ни говорила об отце, а рисковать ее жизнью он не стал.
— Советник Аббас остается на своей должности, — постановил Кир.