Устал это слушать уже. Сначала врач, потом Егор. Взял его на всякий случай с собой, пока ехал за рулём. Как страховку.
Рана, чёрт возьми, не смертельная! Всё могу, всё делаю. Иногда ноет. Но машину водить могу. Всё нормально. А тут…
Меня как школьника родитель отчитывает.
– Я здоровый мужик, Мир. Справлюсь.
– Ты хоть кого-нибудь нанял для ухода? Перевязки?
– Нет, – кривлюсь. Нахрена? – Раз в день могу и сам сделать.
– Ну, конечно, – всплескивает руками.
А я расслабленно откидываюсь на спинку дивана. Забавляет её поведение.
Постойте-ка…
– А ты что, переживаешь за меня? – невольно улыбаюсь.
– Представь себе, – шипит как змея.
Сладкое удовольствие как мёд растекается по венам, и заставляет биться сердце быстрее.
Удивлён. Очень.
– И не зря, – указывает своим пальчиком. – Нужно обрабатывать её три раза в день. И как только кровь идти перестанет, бинты можно снимать.
– А ты откуда знаешь? – не припоминаю за ней медицинского образования.
Закатив глаза, лезет в свою сумочку и достаёт оттуда листок.
– Буденко просил передать.
Тот старик? Заботливый. Деньги взял, но не отмахнулся. Заботится вон.
– Спасибо, – принимаю из её тонких и аккуратных пальцев.
А она победно руки на груди скрещивает и своим нежным голоском, с вызовом проговаривает:
– Может, покажешь, как ты умеешь? Я гляну, успокоюсь и спокойно уйду. Меня дочка ждёт.
Вот неугомонная!
– Иди. Тебя ждут.
Дочка.
Её.
Не наша…
– Ты только за этим пришла? – интересуюсь.
– А ты тему не переводи, – вздыхает.
Хочет сказать что-то грубое.
А меня это только веселит. Встаю следом, оказываюсь возле неё и смотрю вниз. Маленькая девочка, что достаёт мне макушкой до плеча. Обожаю этот вид. На её темные волосы, хрупкие плечи и мою любимую грудь, обтянутую белой футболкой.
– Что? – выдыхаю. А руки сами тянутся к её талии. Наклоняюсь. Нужно подхватить её, поднять и впиться в эти сочные, красноватые губы.
А затем целовать до нехватки дыхания.
– Скажи, – скорее даю указание, чем прошу. – Придурок?
– Ты… – тихо срывается с её уст. – Попал в точку. Но…
Толкает меня ладонями в грудь.
– Сядь. Помогу тебе на этот раз, – и взгляд отводит. – А потом ты всё же наймёшь кого-нибудь в помощь…
Последние слова говорит неуверенно. Но я сажусь, так и не дотронувшись до неё.
Играю по правилам Миры только потому, что она снимет повязку. Дотронется пальчиками до моей кожи. Обожжёт, оставит след.