Всё… Всё же?
Тогда почему в ушах шум только усиливается, и я сама не своя?
Воздух вокруг нас наполнился новыми запахами, и, не удержавшись, я втянула его в себя.
Тишина оглушала. Её нарушало лишь наше прерывистое дыхание.
— Мне… в ванную надо…
— Подожди.
Илья Николаевич снова положил руку мне на живот. И я не могла понять, на своё семя или чуть сместился.
Спорить не стала. Сложно всё как-то.
Мы находились друг против друга — непонятный мне мужчина со своими потребностями и распластанная я. В груди теснились эмоции.
Тем более, хорошо же было.
Сама я так не умела. Оргазмы разительно отличались."
"Я отвлеклась и пропустила момент, когда Илья Николаевич достал влажные салфетки и принялся меня обтирать.
— Я сама.
И снова это чёртово:
— Нет.
Ещё несколько встреч — и я заделаюсь заядлым матерщинником. Тем более, запас слов позволяет. Школьники едва ли не ежедневно просвещают, думая, что учителя глухие и ничего не слышат.
Я позволила за собой поухаживать. Хотя последнее определение было сомнительным. Ещё меня смущала наша нагота. Илья Николаевич не спешил одеваться. И меня тормозил. Такое впечатление складывалось.
Наконец я встала.
Продержаться бы ещё немного… Чтобы не накрыло осознанием произошедшего. Всё-таки в состоянии алкогольного опьянения безумства переносятся легче.
Под душ вставать не стала. Схватила вафельное полотенце, намочила его и обтёрлась.
Теперь домой.
Распахнув дверь, едва не налетела на мужчину.
Он что, под дверью стоял? Или мимо проходил?
Нет, похоже, что стоял. У противоположной стены.
Меня в пот бросило. Оказаться с ним лицом к лицу я не хотела! Ни к чему это.
Как назло, коридор узкий тут. И сложновато получалось разойтись или проигнорировать человека.
Но какой учитель боится сложностей?
Я решила бочком проскользнуть мимо него.
Тщетно.
Прямо перед носом материализовалась мужская рука, упёршаяся в стену.
Здрасьте, приехали. Мне ещё и дорогу преградили.
Ладно, где не пропадала…
Я присела и ловко прошмыгнула низом. И не такие квесты школа подкидывает, справимся.
— Марфа.