Правда ей больше нравилось, когда её называли Эмилия, но если папа хочет называть её Эммой, то пусть.
Ещё у неё есть друг Урс, это она сама его так назвала. Она потихоньку кидала ему шарики, которые теперь могла делать прямо в ладошке, а он был всегда рядом.
Он ещё тогда пришёл в таверну, она нисколько его не испугалась, она больше испугалась страшных людей, которые схватили её и засунули в вонючий мешок. А уже на корабле, снова появился Урс и она попросила его найти папу и передать ему куколку и привести за ней и он сделал это.
Папа сказал, что шарики — это родовая магия, и это ещё одно подтверждение, что Эмма настоящая Демартен.
Демартен и сам уже очень хотел оказаться дома, всё-таки две недели в дороге — это очень тяжело. К счастью, оставалось совсем немного. Так он и ответил Эмме:
— К вечеру доедем.
— А он красивый? — задала ещё вопрос девочка
— Кто? — не понял Демартен
— Замок, — удивлённо уточнила Эмма
— Он неприступный, и да, он очень красивый, — ответил граф, но всё-таки сказал ещё раз, — главное для замка, что он неприступный.
— А как же мы туда попадём, — широко раскрыв голубые глазёнки спросила Эмма
— А у нас есть ключ, — улыбнулся граф, даже не зная, что его улыбка на покрыт ом шрамами бородатом лице, выглядит так, что, увидев её кто-то со слабыми нервами возможно уже пребывал бы в обмороке.
Но для Эммы он бы самый красивый и добрый.
К вечеру они всё же добрались до замка и граф долго доказывал, что вернулся хозяин. Его не пускали, пока наконец-то не пришёл глава охраны, лично знавший графа.
В замке была тишина, почти все, кто проживал здесь, уже спали, но как только пронёсся слух, что граф вернулся, сразу появились люди, желавшие выразить почтение графу. Никто не удивился, что граф вернулся с дочерью. Если граф говорит, что девочка его дочь, значит так и есть.
Старый управляющий, который раскаивался, что не прибежал к воротам, быстро организовал комнаты и ужин.
В замке проживали два мага, поэтому все кристаллы были заряжены и замок был в прекрасном состоянии.
Граф и зевающая Эмма сидели в небольшой столовой, когда управляющий принёс письмо:
— Вот, ваше сиятельство, уже неделю дожидается, с королевской печатью
Демартен сначала хотел сжечь, но потом заметил, что конверт подписан Его Величеством Генрихом V, а не Карлом IX.