Я хочу мартини.
— У меня есть мартини.
— Тогда сбегай за Шериданом, непонятливый мой!
— М. Насколько далеко тот супермаркет, в котором я должен его тебе купить?
— Вот сейчас молодец был, — ухмыляюсь я. — Минут двадцать туда…. Минут двадцать обратно…
Накидывает куртку прямо на голое тело, стягивает с полки сигареты.
— Девочку мою чтобы не обижала! — строго.
Оглядывается на растерянную подружку.
— Я же не ты… — улыбаюсь его подружке. — Не волнуйся…
Дверь за спиной хлопает.
Не разуваясь, прохожу мимо неё в квартиру.
— Красивая… — провожу пальчиком по плечу и иду дальше. На кухню. Чувствую, что она идет за мной.
Открываю холодильник. Там и правда мартини. Ставлю на стол, по-хозяйски ищу бокалы в шкафах.
Вот и они… достаю два, наполняю. Протягиваю ей один.
Мы очень правильно контрастируем. Я — строгая блондинка. Она — домашняя брюнетка. Этот контраст доставляет мне удовольствие.
— Меня Дарья зовут… — покусывает она губы.
— Ну, как меня, наверное, знаешь?
Кивает.
— На брудершафт? — подмигиваю ей.
Неуверенно хлопает ресницами. Я подхватываю её руку, и мы выпиваем на брудершафт. Обнимаю Дарью за талию, и она застывает. Едва прикасаюсь к её губам своими.
— Ты когда-нибудь целовалась с девушкой? — шепчу я.
— Нет… — часто дышит она.
Больше нервно и неуверенно, чем возбуждённо.
— Не волнуйся… целуюсь я лучше, чем Немец…
Тихонько истерично посмеивается.
— Что он делает лучше? — шепчу ей. — Целуется или трахается?…
Чувствую, как на слове «трахается» её взрывает, и она сама подается навстречу моим губам.
Трусь об её губки своими и отстраняюсь, наблюдая за её легким шоком.
Вкусно!
Беру за руку, уверенно увожу в спальню. Там огромная кровать. Кресло. Тумбочка. На ней пепельница. Отлично!
Снимаю пиджак. Падаю на кровать на спину.
— Падай ко мне.
Послушно приземляется рядом.
Достаю сигарету. Прикуриваю. Отдаю ей в пальчики. Делает затяжку. Мы смотрим в потолок, а потом поворачиваем лица друг к другу.
— Женька сказал, что не нужно тебя ни о чём спрашивать.
— Нда? — ухмыляюсь я.