Принял бой, в результате которого уничтожил четыре единицы личного состава…
– А сами остались живы? – усмехнулся полковник. – Вы прямо герой какой-то…
– Не какой-то, а Герой Советского Союза, – сверкнул взглядом Артем.
– Ну в воздухе, вы, может, и герой, а на земле…
– На земле я захватил немецкий самолет…
– Да, я знаю, – поморщился полковник. – Техника секретная…
– Вот видите, вы все сказали… А что касается моего последнего падения на территорию врага, вы можете спросить у капитана Ковальчука. Он все видел…
Артем назвал армию, полк.
Но разоблачение не состоялось. Особисты разыскали капитана Ковальчука, тот подтвердил, что после приземления Артем вступил в наземный бой с врагом. И захваченный им секретный «Густав» опровергал все подозрения на его счет.
Полковник был раздосадован. Внешне это, может, и не проявилось. Зато выразилось в приговоре военного суда. И в дальнейших действиях.
По приговору трибунала за покушение на жизнь своего командира Артем был разжалован в рядовые, лишен права ношения боевых наград.
Артем знал, что для летчиков существует особая штрафная эскадрилья. Машины старые, боевые вылеты в зачет не идут. Штрафных летчиков посылали на самые трудные участки фронта. Прикрытие переправ на Волге, штурмовые атаки аэродромов противника, скоплений танков.
Да, его посылали в штрафную эскадрилью, а не батальон. Ведь он боевой летчик, ас, но Герой Советского Союза. Председатель трибунала должен был понимать, что разбрасываться хорошими летчиками нельзя…
Но, увы, надежды Артема не оправдались. То ли там, наверху, кто-то бросил в него камень в наказание за сына секретаря ЦК партии, то ли раздосадованный полковник дернул за какой-то рычажок. Так или иначе, Артема отправили в самый настоящий штрафной батальон, находившийся в распоряжении даже не Сталинградского, а Донского фронта.
На этом фронте действовала 16-я воздушная армия, но командованию этого объединения не было известно, что в состав штрафного батальона зачислен бывший подполковник, бывший Герой Гудимов. И генерал Хрюкин его не выручал. Возможно, в результате чьих-то происков он просто-напросто потерял Артема из виду…
Глава двенадцатая
Январь 1943 года.Штрафная рвота.