И змея в примерочной, и трещина в потолке, и тела в клубе. Всё развеялось, оставаясь в памяти лишь следом.
— Ты голодный наверняка, — прошептала, сжимая ткань его рубахи.
— Есть немного, — тихо ответил Шу на всеобщем. — Но больше устал. Сильно. Мы так и не поспали. Не так я всё планировал, но что уж вышло. Ты прости, милая, что тебе приходится видеть всё это, но отослать тебя сейчас на Оюту, значит, потерять драгоценное время. Это риск упустить дочь. В себе я уверен, Луиза. Сдыхать буду, но тебя из передряги вытащу.
Я закивала, не в силах разжать руки. Кажется, он понял это. Поднявшись, Шу со мною на руках, прошелся в каюту, забрал с койки теплое одеяло и вернулся в кресло. Устроил меня удобнее и укрыл.
— Я сейчас выстрою траекторию полета, проверю сообщения, и мы с тобой пойдем спать, — сказал он скорее самому себе.
Я снова закивала, удобно устроив голову на его плече. Зевнула и прикрыла глаза. Хмыкнув, Шу легонько поцеловал меня в волосы и потерся о макушку подбородком.
— У нас вещей теплых нет, — задумчиво протянул мой мужчина спустя несколько минут, — а на Бриоксе холод дикий. Вы шить умеете, госпожа ЛуизаЭхор?
— Конечно, умею, — промямлила, сражаясь с дремотой, — я ведь приютская.
— У меня в шкафу ворох всего, — Шу несколько раз ударил ногтем указательного пальца по подлокотнику кресла. — Тебе нужно будет что-то поддеть под мою куртку...
— Но у меня своя ведь была, — я, наконец, разлепила веки и уставилась на него. — Ты же вещи из дома забирал.
— Не помню там ничего теплого, — нахмурился он еще сильнее, — но время есть пересмотреть и определиться, что к чему.
Кивнув своим мыслям, Шу вновь углубился в работу. Быстрыми и легкими движениями руки он выстраивал пунктирные линии на карте. Хмурился, поджимал губы и переделывал, сверяясь с непонятными мне цифрами сверху.
— Ну как-то так, — проворчал он в итоге, и недовольно поморщился. — Идеальнее не получится.
Легкий пищащий сигнал привлек моё внимание. Приподняв голову, заметила мигающий сигнал в верхнем углу голоокна над пультом.Потянувшись, Шу активировал вызов.