Он тихо гладил меня по голове, пропуская кудрявые локоны через пальцы.
Облизав пересохшие губы, я чуть отстранилась и взглянула на фарама. Уважения у меня к нему заметно поприбавилось. Умеет добывать информацию — здесь не поспоришь.
— Значит, это чистое везение, что в ту ночь кто-то выкинул мою девочку у моего же дома? — выдохнула, страшась даже представить, чтобы стало с моей малышкой, если бы не такая судьбоносная случайность.
Фарам моргнул и склонил голову набок. В его глазах появилось что-то такое… Он молчал, но по взгляду стало понятно.
— Это не случайность, да? — ладони сжались в кулаки.
Хотелось выпустить эмоции, вот только я не понимала как.
— Кстати, да, — Шу закивал. — Как девочка попала к Луизе?
— Везение здесь ни при чем, ЛуизаЭхор.
Тагус откинулся на спинку своего овального кресла и потянулся рукой куда-то в сторону. Сначала в кадре появилась высокая объемная чашка с чем-то дымящимся в ней. Затем на экране мелькнула молоденькая девушка-фарамка со смешным, уложенным на правый бок красным хохолком.
Я, не отрывая взгляда, следила за мужчиной. Он отпил из бокала и поставил его рядом.
— Неприятный разговор, — выдохнул он, взглянув на меня. — Наша раса высоко чтит семейные узы. И тема детей для нас актуальная. Так что я понимаю вашу боль, ЛуизаЭхор.
— Просто Луиза, — поправила его и сложила ладони, словно умоляя его продолжить рассказ.
— Как я уже сказал: везение совсем ни при чем. Здесь совсем иное. Банальный страх и толика мук совести, — Тагус сделал ещё один глоток горячего напитка. — Но поясню другое. Вам изначально не собирались оставлять ребенка. Срок был выставлен неверно, специально чтобы в положенное время имитировать преждевременные роды и отобрать дитя. Так было решено поступить со всеми женщинами, участвующими в эксперименте, но только две смогли выносить плод.