Мозг кричал:
– Нет!
А сердце отстукивала ритмом:
– Да… да… да, да, да! Если не с ним, то с кем? Где взять достойных?
Горячие губы коснулись плеча. Шёпот в ухо:
– Ты офигенная…
– Он никогда на тебе не женится! – от мозга.
Но кто его слушает в этот момент?
Вздох со всхлипом от прикосновения к груди, сжатым в тугие камешки соскам. Жаркая волна по венам сладкой тянущей спиралью стянулась внизу живота. Ноги сами собой разошлись в стороны.
Жёсткая рука поползла вниз, касаясь наружной стороной пальцев талии, бедра, обводя идеальные формы девственницы. Мягкими подушечками кончиков обведён пупок. И дальше ладонью вниз, накрывая нежный треугольник промежности.
Рустам боялся дышать, чтобы не спугнуть, испортив момент. В паху разрывающее плоть желание. В груди нежность.
Ева откинула голову на широкое плечо. Карандаш выскользнул из «дульки».
Она закрыла глаза, отдаваясь божественным ощущениям.
Длинные пальцы раздвинули губы, осторожно массируя вход в глубину. Большой палец надавил на чувствительный бугорок.
Ева вскрикнула.
– Тебе больно?
Рустам хотел убрать пальцы.
Она сдвинула ноги удерживая. Слабый стон:
– Нет… – сладкое томление требует продолжения.
И она получает его с каждым движением пальцев, с каждым сжатием клитора. Она помогает, сжимая бёдра.
Кусачие поцелуи мучают мочку уха, жалят шею. Вторая рука гуляет по телу, прижимает попу к обтянутой брюками выпуклости.
– Мокрая… хочу…
Кровь бьёт в мозг.
Невыносимо острое наслаждение накрывает с головой. Сладкие спазмы удовольствия сжимают тело. Мозг врывает фейерверк чувств, окрашивая мир в игру перламутровых оттенков розового.
Она кричит и открывает глаза, опьянённая тем, что сейчас испытала. Сердце бьётся, как никогда не билось рядом с Антоном.
В стекле лицо седовласого Рустама с закрытыми глазами. Челюсти сжаты, ноздри тонкого носа выдуты. Он борется с желанием повалить её на пол и взять прямо здесь, на полу холла."