О, что бы Давид только ни отдал, чтобы коснуться волос любимой, почувствовать их мягкость, провести рукой по губам, сунуть между ними указательный палец. Можно не палец. Можно не в рот.
Где-то внутри прошла сладкая дрожь, а член как по команде налился кровью.
«Спокойно, Давид, спокойно…» – постарался он охладить свой пыл.
Скоро заметил, как лицо любимой напряглось, лоб наморщился, а глаза под веками забегали так, будто ей снился какой-то кошмар."
"Давид помнил, как Яна любила к нему прижиматься во сне раньше. Как говорила, что с ним ей спалось в разы лучше, спокойнее.
Минута давно прошла, но уходить Давиду решительно не хотелось. Да и как он мог уйти от такой красоты? К тому же вполне очевидно, что девчонка в нем нуждается. Если почувствует его рядом, гарантированно будет лучше спать.
Давид скинул халат, выключил свет, чтобы не мешал, и улегся рядом. Благо размеры кровати позволяли.
Делать ничего не собирался. Они просто поспят рядом – все.
Однако находиться на расстоянии от любимой женщины оказалось совсем непросто. Осторожно, чтобы, не дай бог, не потревожить, Давид переместился к Яне максимально близко, почувствовал аромат кокосового геля для душа и ее сладкой кожи. Подушечки пальцев аж защипало от желания прикоснуться.
Теперь, когда он знал, что любимая его не предавала, Давида снова тянуло ее приласкать, поцеловать, подарить удовольствие. Нестерпимо захотелось хоть какого-то контакта с ней.
«Просто обниму, и все…» – наконец решил Давид.
В объятии нет ничего плохого.
Он просунул одну руку Яне под шею, а вторую положил на живот. Немного не удержался, пальцы соскочили и совершенно случайно забрались под кружево шортов, продвинулись к мягкому, гладкому лобку. Но он ничего никуда не совал! Плохого не сделал! Совершенно не понял, отчего жена подскочила, как ошпаренная.
Яна, словно кошка, встала на дыбы и соскочила с кровати. Он даже не смог схватить ее за руку.
– Стой! – только и успел заорать. – Стой, я сказал!
Но куда там, она моментально бросилась вон из комнаты.
Секунда, и в гостиной послышался женский визг, а потом на пол шмякнулось что-то тяжелое.
Давид похолодел, нервно сглотнул и поспешил в гостиную.
Вспыхнул свет, и он увидел жену, лежавшую на паркете без движения. Рядом возвышался обалдевший Геннадий.
Давид бросился к Яне, как был голый, опустился перед ней на колени, стал осторожно ощупывать.