Женщина-врач попыталась успокоить пациентку:
– Елена Никаноровна, сегодня на ужин ваше любимое творожное суфле…
– Я не Елена, – вновь завела тетка, мерно покачиваясь, – не Елена.
– Пошли, – потянул меня за руку Артем.
– Велите им отдать мои драгоценности, – выпрямив спину, протянула дама, – они у меня забрали кольцо.
– Милая Елена Никаноровна, – ласково проговорил Федотов, беря Костину за руку, – посмотрите внимательно сюда, вот они ваши украшения.
Больная растопырила пальцы. Они были густо унизаны перстнями.
– Действительно, – забубнила она, – вернули. Ожерелье исчезло!
Все так же ласково психиатр расстегнул верхнюю пуговицу на кофточке больной:
– Да вот оно, пощупайте.
В ту же секунду я почувствовала, как по спине пробежала дрожь. На жилистой шее болталось колье – имя «Валентина», выполненное из сапфиров…
– Вас зовут Валя, – вырвалось у меня неожиданно.
Костина напряглась:
– Не помню, не помню…
Она схватилась пальцами за виски.
– Голова болит, только что ударили по голове…
Артем решительно подтолкнул меня к двери:
– Пошли отсюда.
В кабинете он сказал:
– С чего в голову пришло, будто Елену Никаноровну зовут Валей?"
"Мысленно ругая себя на все корки за несдержанность, я пробормотала:
– Можете представить женщину, которая носит на груди ожерелье баснословной стоимости с чужим именем?
Артем вздохнул и вновь закурил вонючую сигару.
– Елена Никаноровна служила актрисой в театре «Луна на подмостках». Никогда не была особо популярна, главных ролей не исполняла, но такие, как она, тоже нужны в коллективе… Потом случился инсульт, а как следствие – то, что вы сейчас наблюдали.
– Но она так убедительно говорила про мучения, – залепетала я, – вы ведь не бьете больных?
Федотов терпеливо ответил:
– Естественно, нет.
– Ну ладно, – покачала я головой, – подумаю до среды и если решу доверить Анну, то свяжусь с вами, подскажите телефончик.