Удивительно, как она при такой прожорливости сохраняет осиную талию! Однако следовало приступать к делу. Достав кошелек и ненароком продемонстрировав собеседнице его содержимое, я аккуратно вытащила пару купюр и мило прочирикала:
– Разрешите заплатить за обед.
Алена благосклонно улыбнулась.
– Видите ли, – принялась я обхаживать девушку, – давно мечтаю попасть на работу в газету, такую, как «Желтуха». Подскажите, как это сделать?
Журналистка облизала ложечку и удовлетворенно вздохнула. Потом решила, очевидно, что такой славный обед требует награды, и проронила:
– Есть два пути.
– Но вам ведь не понравились сведения о Максе Полянском!
Алена фыркнула и молча принялась смаковать кофе.
– Готова хорошо заплатить тому, кто научит, как следует собирать информацию для «Желтухи».
Девушка глянула на меня поверх чашечки.
– Триста баксов. За эти деньги дам тему и познакомлю с заведующей отделом информации.
Я молча достала хрусткие бумажки. Аленка схватила их цепкой, как у мартышки, грабкой и, вынув шариковую ручку, начала что-то писать на салфетке.
– Вот, – проговорила она, – езжайте в Грибоедовский дворец бракосочетаний и узнайте, оформляли ли брак данные люди, и если да, то потом попробуйте через архив уточнить, был ли он расторгнут. Я подозреваю, что нет, и, если это так, в ваших руках настоящая бомба. Тем более что жених, мягко говоря, весьма неординарная личность…"
"Я глянула на салфетку и закашлялась.
– Зачем вам эти сведения? – не выдержала я.
Алена хмыкнула:
– Вот разведаете все и приходите, расскажу, что дальше делать. Только имейте в виду, голословные заявления никому не нужны.
– Кто же даст мне такую?
Алена выудила из сумочки пудреницу и губную помаду. Быстро произведя текущий ремонт, она завинтила золотой футлярчик.
– Вы, кажется, хотели попробовать себя в журналистике? Вот и дерзайте, проявляйте находчивость и пронырливость, а иначе сидите в приемной у своего начальника или где вы там обретаетесь.