– Значит, по первому ходу? – тихо, чтобы не привлекать к себе внимания, спросил Циклоп.
С верхнего яруса над ними свесилась чья-то лысая голова, но тут же исчезла, наткнувшись на угрожающий кулак.
– По первому.
– А держишься хорошо. И Чумея по делу опустил. И по уму. Сам Тулуп это оценил...
– Смотрящий?
– Да не просто смотрящий. Он в законе...
– Сильно."
"– Потому и хата у нас правильная. А Чумея для затравки держим... Ты хорошо себя повел. И на хохму его поставил, и на слово поймал. Ну, и вломил тоже по делу..
Циклоп прочел ему целую лекцию о правилах поведения в камере, которые заключались в целом перечне «нельзя». Семен слушал внимательно и мотал на ус. Офоршмачиться и стать изгоем он не хотел. Впереди у него долгая жизнь в неволе, и она должна быть достойной.
Циклоп не требовал и даже не просил, но Семен сам сделал вывод из его лекции. Поэтому достал из сумки большой кусок сала, палку копченой колбасы, отсыпал из пакетика несколько сигарет без фильтра для себя, а остальное отдал на общак.
* * *Утром допрос, потом встреча с адвокатом, после обеда прогулка. Кормили не густо, но адвокат существенно пополнил его личный запас провизии. Поэтому наелся Семен досыта, а на прогулке растряс завязавшийся жирок.
Тоскливо в тюрьме, муторно, но все-таки жить здесь можно.
– Здорово, братва! Принимай дорогого гостя! Самокур я! Привет от Старичка!
К нему подошел сам Тулуп.
– Старичка я знаю. А тебя нет.
– Мы у него в бригаде...
– У вора не должно быть бригады.
– Да, там Осмол на бригаде, а Старичок чисто смотрит...
Теперь Семен знал, где он видел этого типа. Тот был с Осмолом, когда блатной наехал впервые на водочный цех. В другой раз он не приметил его в толпе, но там было много людей, всех не разглядеть. Может, этот Самокур уносил ноги от его пулемета... Да, тесен мир.