Только тогда она попыталась его остановить.
– Нет, не надо, – горячечно прошептала девушка, а потом проговорила: – Сначала порошок.
– А ты не обманешь?
– Нет.
Он не удержался и принял дозу вместе с ней. И так их закружило и понесло, что никому не хотелось думать о Сэме.
Глава 20
Могут ли «февральские окна» быть с решеткой? Могут, если смотреть на февральское небо через прутья прогулочного дворика. Солнце разыгралось, снег на крышах тает, звонкая капель, сырость под ногами. Светло над головой, а в душе тоска.
Не приходит Наташа на свидание. Семен ее на прошлой неделе ждал, на этой, но о ней ни слуху ни духу. Зато Джема чуть ли не каждый день дает о себе знать. И со свиданиями у нее без проблем, и с передачами, а еще записки через адвоката передает. Но Сэму это неинтересно. А про Наташу Джема ничего не говорит. Да он и не спрашивает, чтобы не нарваться на ехидный комментарий...
А вчера Джема сообщила, что все-таки договорилась с замначальника СИЗО по режиму и тот обещал девушке хорошую камеру для Семена.
Семен ответил, что спешить не надо. Не очень весело ему в большой общей камере – холодно там, и людей чересчур много; а еще надо постоянно следить за собой, чтобы не оступиться, не упороть по незнанию какой-нибудь косяк. Но ничего, Семен с этим пока справляется. И с блатными у него неплохие отношения.
К тому же у Сэма своя компания намечается. С пацаном люберецким скентовался, а на днях к ним долгопрудненский боец приткнулся. Это на воле они враждовали, а здесь им делить нечего, кроме скудной тюремной пайки. Хотя, надо сказать, с провизией у них дела обстоят неплохо. Братва всех пацанов неплохо греет.
А у Самокура дела неважно обстоят. Как ни пытается он объявиться своим, Тулуп не очень его жалует. Не чморит, под шконку не загоняет, но и к себе близко не подпускает. Он настоящий вор, спокойный, продуманный, ему всякого рода бакланы не по душе.