Они везде – под кроватью, под одеялом, за тумбочкой, в раковине рукомойника. Кишмя кишат, лишая покоя...
Самокур задел ножом почку. Очнулся Семен в тюремной больничке, где мог банально загнуться от обильной кровопотери. Хорошо, врач догадался отправить его в спецбольницу. Только ехать пришлось далеко, и в дороге у Семена случилась клиническая смерть. Откачали его, а в больнице сделали операцию. Могли бы удалить почку, но хирург оказался классным специалистом, потому смог сохранить ее.
Несколько дней Семен провалялся в реанимации, потом его перевели в палату с зарешеченными окнами.
В палату зашла медсестра. Были бы у Семена деньги, он заплатил бы ей, чтобы она сняла изматывающую боль. Но, похоже, можно обойтись и без денег. Хоть и марево перед глазами, но Семен все-таки узнал женщину.
"Да нет, она это. Белый халат на ней, чепчик. Глаза подведены, губы накрашены, похудела она за последнее время, постройнела... Только не Джема ему сейчас нужна, а Наташа.
– Тсс! – приложила девушка палец к губам.
То ли к тишине его призывает, то ли пытается сдержать распирающую улыбку.
– Да ладно... Тут никого нет...
Он уже познакомился со своими соседями по палате. Один блатной, другой из правильных мужиков. И уж они точно не сдадут Джему, если она здесь без разрешения.
Девушка глянула на дверь, села на табуретку в изголовье кровати, нежно взяла Семена за руку.
– Я работать сюда устроилась, – тихо сказала она. – Санитаркой...
– «Утку» подай.
– Да, конечно...
Сэм не мог еще вставать. И в теле непреодолимая слабость, и голова кружится так, что равновесие при всем желании не удержать. А санитар здесь козел – и по должности своей, и по натуре. Легче под себя сходить, чем до него достучаться.
Зато Джема обслужила его «от» и «до».
– Я пока еще тут не разобралась, но думаю, нормально все будет. Только за тобой смотреть буду. Ну, и за этой палатой...
– Мне бы укол, больно очень...
И снова девушка засуетилась. Вышла из палаты, минут через пятнадцать вернулась, а вслед за ней пришла медсестра и сделала укол.