Сейчас этот человек разгрузится и повезет тебя дальше. Ну, если ты согласна немного подождать.
– Да я, в общем-то, не спешу, – туманно намекая на возможные отношения, улыбнулась Наташа.
– Вот и хорошо.
– Ты говорил, что Алекс должен водку реализовывать.
– Должен. Но наши возможности превышают его потребности. Наши возможности растут, а его потребности уменьшаются. Кажется, его уже не очень интересует этот проект. Хотя спирт поставляет исправно...
– И берет с этого комиссионные.
– Таковы правила игры. Не он их установил, и не мне их отменять.
– Алекс еще тот жук, – с колкой насмешкой сказала Наташа.
– Каждый крутится как может.
– Он крутится. Даже чересчур...
– Ух ты! Табакерка ментовская. И черт с палкой!
Этот черт выскочил на правую полосу движения и махнул своей палочкой. Семену пришлось остановиться.
Гаишник молча взял документы, просмотрел их, сунул голову в салон. С интересом глянул на Наташу, посмотрел на брезент, которым были накрыты ящики с водкой.
– Что везем?
– Водку.
– Покажи!
Семен вышел из машины, открыл багажник, стянул с крайнего ящика брезент. И Наташа, с хрустом ступая по грязному снегу, подошла к нему. На какое-то мгновение гаишник залюбовался ею, но интерес к водке оказался сильней.
Он достал из ящика бутылку, осмотрел ее, поставил донышком на ладонь, крутанул.
Есть такой способ отличить казенку от подделки – потереть донышком бутылку о ладонь. Если останутся черные следы, значит, водка настоящая. Дело в том, что бутылки с казенкой идут по конвейерной ленте, а она резиновая и не совсем чистая, потому и донышко после такой процедуры загрязняется.
– И куда так много везешь?
– Свадьба у меня, командир, – соврал Семен. И для убедительности обнял Наташу за талию, она приняла его игру и ярко улыбнулась гаишнику.
– А накладная есть?
– Какая накладная, командир? Я же не продавать ее везу. Свадьба у нас, люди гулять будут...
– Все равно, накладная должна быть.
Семен полез в карман за документами. Ситуация не самая сложная, потому хватит накладной красного цвета. Червонец, и баста. Есть еще «накладные» фиолетового цвета, зеленого и бежевого. Но двадцать пять рублей – это перебор, не говоря уже о полтиннике и сотке.