Макер, вне себя от ярости, открыл маленький сейф в своем номере, вытащил оттуда пистолет и ринулся в номер Тарногола, благо он, выбегая, не закрыл за собой дверь. Тарногол так и сидел на диване. Макер наставил на него пистолет.
– Я убью вас, Тарногол, и на этом все закончится! – заорал он.
– Успокойся, – сказал Тарногол, который, похоже, совсем не испугался.
– Думаете, я на это не способен? – воскликнул Макер.
– Напротив, очень даже способен. Я знаю, что случилось в Мадриде.
– Какого черта…
– Опусти пистолет, Макер.
Макер подчинился, но решил не расслабляться.
– Предупреждаю вас, Синиор, если вы хоть пальцем тронете мою жену…
– При чем тут я! – раздраженно перебил его Тарногол. – Это все P-30!
– Что? Им‐то это зачем?
– Затем, что они давят на тебя, чтобы ты согласился меня убить.
Макер уставился на него, вконец запутавшись.
– Теперь ты беспокоишься о своей жене, – продолжал Тарногол, – но таковы же были правила игры, да? Я тебе президентство, ты мне – Анастасию.
– Я передумал! – сказал Макер.
– А вот и не убьешь, – невозмутимо возразил Тарногол.
– Это почему?
Вместо ответа Тарногол достал из внутреннего кармана пиджака конверт и протянул его Макеру, который сразу узнал его.
– Я привез вам его из Базеля в понедельник ночью, – сказал он.
– Совершенно верно. И, полагаю, тебе любопытно взглянуть, что же там внутри. Давай, посмотри.
Макер посмотрел – там была пачка снимков. Он застыл от ужаса.
– Эти фотографии, – сказал Тарногол, – мое страхование жизни.
В Женеве, в прихожей дома Эвезнеров, лейтенант Сагамор допрашивал Анастасию.
– Мадам Эвезнер, я заметил у входной двери дорожную сумку. Вы собрались уезжать?
Ее сердце забилось чаще, но она не подала виду.
– Нет, эта сумка валяется тут уже несколько недель, никак руки не дойдут ее разобрать. Простите за беспорядок."
"– Вы сказали мужу, что ездили за покупками, – продолжал лейтенант.
– Я не нашла то, что искала. Мне нужна зимняя шапка, ее я и надеялась купить сегодня утром. Но мне не попалось ничего подходящего.
– В каком магазине? – немедленно спросил лейтенант Сагамор.
Анастасия была застигнута врасплох.
– Я… Я… Я побродила по центру города. Зашла в “Бонжени” и в соседние лавки.
– Мадам Эвезнер, – сказал Сагамор с сочувствием в голосе, – мои коллеги нашли записку в вашей спальне.