– Ну и ну, Жоэль!
Взглянув в окно, она вдруг заметила на балконе переполненную окурками пепельницу.
– Сколько же вы курите, фу, какая гадость! Хоть бы выкидывали их иногда!
– Я много времени проводил на балконе.
– Это еще не повод не выкидывать окурки, – проворчала она. – И кухня у вас в ужасном состоянии.
Затем она посмотрела на карточки, развешанные на стене.
Слоан
22.6: забыть этот день
622: забыть этот номер
– 622 – это дата вашего разрыва со Слоан наоборот? – догадалась Дениз.
– Да. В моем романе очень многое связано со Слоан, – подтвердил я.
Дениз посмотрела на следующую карточку:
– Надо полагать, что на образ Скарлетт Лонас из Лондона вас вдохновила ваша английская подружка.
– Браво, – сказал я. – Лонас – это анаграмма Слоан.
– А почему вы назвали ее Скарлетт?
– В честь Скарлетт О’Хара. “Унесенные ветром” – любимая книга Бернара. Он, кстати, тоже постоянно присутствует на этих страницах. Например, действие происходит в его обожаемом Вербье. А водитель Льва Альфред Агостинелли – полный тезка секретаря Пруста.
Дениз отправила меня прогуляться в парк Бертрана, чтобы я подышал воздухом впервые за две недели. Под тем предлогом, что ей надо навести порядок в квартире. На самом деле ей не терпелось засесть за мой новый роман.
Я бродил по аллеям. Я знал, что, закончив книгу, я на свой манер попрощаюсь с Бернаром.
Куда уходят мертвые?
Туда, где их вспоминают. И еще – в звезды. Потому что они неизменно следуют за нами, пляшут и сияют в ночи прямо у нас над головой.
Я посмотрел вверх на голубое небо. Я был одинок, но мне стало спокойно. Вот тут я и наткнулся на Слоан, любительницу побегать, которая выскочила прямо на меня.
– Я только что вернулась из отпуска, меня не было две недели, – сказала она. – Я все обдумала. По-моему, я совершила ужасную глупость.
– Я тоже.
У меня перехватило дыхание.
– Может, пойдем вечерком куда‐нибудь выпить, – предложила она. – Ну конечно, если ты свободен… Я знаю, ты последнее время был полностью поглощен своим романом.