Недодемоны гребут веслами, толстые рогатые силуэты в свете луны выглядят ещё мрачнее. Их лодка – двухпалубный костяной монстр, белый, как старые черепа. Весла входят в воду бесшумно, но я слышу их громкие мысли – они что-то почуяли, но ещё не поняли, что именно.
Светка прищуривается, разглядывая их, морщится, потом тихо спрашивает:
– Даня, эти уроды нас не видят?
Я киваю, проверив иллюзию.
– Нет. Для них здесь только скала.
Кострица скрещивает руки, задумчиво оглядывая плывущий патруль.
– Милорд, а почему просто было не сделать пустое место? Вид волн вместо катера?
Охотно поясняю, не отрывая взгляда от недодемонов:
– Во-первых, чтобы они случайно не наехали на нас.
Кострица кивает, её голос ровный, но внимательный:
– Очень разумно, милорд. Вот только если они знают этот маршрут и уверены, что здесь никогда не было скалы, они быстро нас раскроют.
Я ухмыляюсь, на губах появляется хищная улыбка.
– А нам это только и нужно. Пусть подплывают ближе.
Поворачиваюсь к Светке, указываю на массивную гарпунную пушку, прикрученную к палубе.
– Света, занимай гарпун.
Она вскакивает, широко ухмыляется.
– Есс!
Уже через секунду она стоит у пушки, пальцы уверенно ложатся на механизм. В глазах горит азарт, взгляд прикован к приближающимся тварям.
Недодемоны идут медленно. Они гребут на гигантской костяной лодке, не торопятся, изучая внезапно появившуюся скалу. В их громком рычащем гомоне проскальзывает подозрение.
Они подходят вплотную. Один, стоя на носу уродливой лодки, лениво почёсывает себя между рогами и громко рычит. Если перевести, выходит что-то вроде:
– Что-то не сходится… Откуда тут эта громадина?
Тупицы. Они даже не подозревают, что кроме них и Буревестника кто-то ещё может владеть иллюзиями. Думают, что только Мираж, Демон Иллюзий, такой прошаренный, Как бы ни так.
Борт их лодки теперь почти вплотную с нашим катером. Гарпунная пушка смотрит прямо в морду ближайшего. Я киваю Светке.
– Огонь.
Хлопок выстрела.
Гарпун вонзается между глаз первому недодемону, затем пробивает сразу двоих за ним, словно иголка, прошивающая ткань.
– На абордаж! – бросаю я и перепрыгиваю на костяную палубу.
Клинок Тьмы входит в ближайшего недодемона, разрывая его изнутри, тьма вгрызается в его тело, пожирая жизнь и магию.