Жена по принуждению

А я волнуюсь. Пальцы дрожат. Боюсь сказать что-то не то и страх выдать.

– Я по тебе никогда не соскучусь, – отвечаю в своей манере. Даже слегка надменно, что мне не свойственно.

– Оу, Каролина, – он удивляется. Серьёзно удивляется. – Неожиданное явление. Что-то произошло?

– Я хочу поговорить насчёт фотографий.

– Каких? – в его голосе недоумение. Отлично, прикидывается дураком.

– Те, что ты хранишь, – я не знаю, как говорить и что именно. Все слова вылетают из головы в один миг. Я не могу смотреть на Влада. Боюсь увидеть в его глазах осуждение.

 – Мои.

– Не понимаю, о чём ты.

Закусываю губу и пытаюсь не ударить по стене кулаком. Раскусил.

– Генри, не строй из себя дурака. Мы оба знаем, о чём я, – наседаю. Точнее, пытаюсь.

Но зря. Он говорит слова, что мгновенно прошибают потом всё тело.

– Влад, мне кажется, твоя жена слегка ударилась головой. Не давай ей баловаться с твоим телефоном. У вас там, я гляжу, любовь-морковь. Ты ведь никому не даёшь свой смартфон. И не оставляешь его, где попало.

Поднимаю взгляд на Вернера, которого прошу молчать.

Он всего лишь прикрывает глаза и снова смотрит на меня. Только в этот раз таким взглядом… Что мне хочется провалиться сквозь пол.

– Его здесь нет, – отвечаю уже тише. Весь запал пропадает. И мой план тонет. Падает на дно морское. Но я не собираюсь сдаваться. – Ладно, хорошо. Давай встретимся на днях? Поговорим.

– Ты не в себе, Кара. Устала. Стресс. Иди, отдохни. Проспишься – встретимся. Удачи.

Он выключается, и я с силой со всей злости закусываю губу.

Сжимаю телефон в руках и чуть с гнева не кидаю его об пол. Но понимаю, что имущество не моё. И Влад меня потом хорошенько по жопе отшлёпает. И всё равно ему будет на мою беременность.

Поэтому просто отдаю смартфон в руки и запускаю пальцы в волосы.

– Да пошло оно всё в жопу, – мямлю себе под нос. – Почему я вообще должна кому-то что-то доказывать? Не веришь – ну и фиг с тобой! Брат у тебя – гад редкостный – плевать!

Откровенно психую. Всё опять через задний проход. Поэтому просто подбираю сумку, в которой нет телефона, и иду на выход из квартиры.

Но не успеваю дойти до двери.

Крепкие руки хватают за талию и запястье. Влад тянет к себе, по-собственнически прижимает. И делает это не по-доброму. Бесится. Размазать меня хочет.

И судя по его словам, что эхом отдают в голове, так и есть.

– Ты. Остаёшься. Здесь, – чеканит так зло и хрипло, что мурашки незамедлительно табуном проскакивают по спине. – Не испытывай меня, Лин. Мне надоели игры в догонялки.