– Успокойся, – его громкие и суровые слова немного отрезвляют. Заставляют намертво прирасти к полу и виновато, но в то же время обидчиво, опустить взгляд вниз. – Я со всем разберусь и всё выясню. Пока посиди на своей очаровательной попке ровно. Учитывая, что ей недавно чуть не досталось.
– Не могу я успокоиться! – выдёргиваю запястье из его пальцев и пытаюсь отстраниться. Но безуспешно. Подонок, что прижимает меня к себе, делает это сильнее. И шепчет своим спокойным, тихим голосом мне в ухо:
– У меня завтра праздник.
Напрягаюсь, когда слышу эти неожиданные слова.
– Какой ещё праздник? – только не говорите мне…
– Я стану на год старее, – выдыхает, чуть смеясь, а я уже не могу спокойно стоять. Этот мужчина одними объятиями и голосом сводит с ума. – Но меня это не сильно волнует. – Хочу расслабиться. С тобой. Забудь пока о моём брате, о фото. О семье, о Громове.
Упоминание последнего выводит из равновесия.
– Что с ним, кстати? – дёргаюсь, услышав фамилию бывшего.
– Тебе честно, или соврать?
И так плохое настроение падает ещё ниже. Значит, с ним всё отлично.
– Ладно, хорошо, – соглашаюсь, чувствуя маленькую усталость. День сегодня максимально утомительный. Сначала гольф, Громов, Генри, потом родители, теперь ещё и это… Морально иссякла. Высохла. Из-за чего спокойно позволяю взять себя на руки и отнести в спальню.
Глава 18
Вчерашний день, что казался ужасом, резко перерос во что-то приятное. После того, как я немного вздремнула, мы с Владом вместе искупались.
После этого поужинали и, как истинные взрослые люди, вместо того, чтобы заняться безумным сексом, уснули без задних ног.
И вот, проснувшись с утра и приготовив для Вернера подарок, жду его с магазина. Я жестокая, раз послала его за ненужными продуктами после рабочего дня. Он наверняка устал, но… Я собираюсь его расслабить.
И, когда дверь квартиры распахивается, включаю приглушённый свет.
"Встречаю Влада на пороге, опираясь на ванную дверь плечом, в одном дорогущем комплекте белья. Но это не его достоинство, нет.
– Ты думаешь, для меня эти многочисленные ленты будут преградой? – Вернер окидывает меня пытливым взглядом, читая как открытую книгу.
Чёрное кружево, что сегодня служит для удовольствия глаз, крепко крепится на моём теле. А полупрозрачная ткань всё зазывает, показывая все прелести, чтобы мужские руки притронулись к ней.